Борис Царегородцев - Второй шанс адмирала Бахирева

– Ваше превосходительство, мы тут как девка на выданье! Нас же со всех сторон видно, – начал беспокоиться наш главный штурман. – Не дай бог появится германский дирижабль, нам поневоле придется возвращаться.

– Да я об этом уже думал, Николай Николаевич, как только туман начал рассеиваться. Так что ты предлагаешь?

– Я предлагаю начать движение к Данцигу, но только не сразу на юг, а обойти Готланд вдоль западного побережья, и к полуночи мы будем на месте.

«Штурман-то точь-в-точь мою мысль высказал, я только пять минут назад об этом же думал».

– Я с вами согласен, Николай Николаевич. А ты что скажешь, Владимир Константинович? Два часа нам тут не выстоять, в любой момент может показаться разведывательный дирижабль или корабль противника, и вся наша скрытность коту под хвост. Тогда решено, идем в обход. Давайте, штурман, прокладывайте курс между Готландом и материком. Владимир Константинович, сигнал на корабли – следовать за мной.

Корабли пришли в движение, приняв походный ордер, направились к берегам Германии. До наступления сумерек наши сигнальщики только пару раз видели дымы на горизонте от одиночных судов, но что это были за корабли, мы не проверяли. Зачем размениваться на одиночный корабль. Будь это какой-либо караван судов, я бы изменил план и обязательно послал крейсера проверить. А тут за час до заката, когда на море опять начал опускаться туман, прямо на нас вышел небольшой пароход, и тот на поверку оказался датчанином. В целом наш поход прошел спокойно, наши радиотелеграфисты так за все время и не отметили какого-либо повышения активности других радиостанций, и не только вблизи нас, но и на большом расстоянии.

За тридцать миль до цели нашего похода Вердеревский повел крейсера «Богатырь» и «Олег» к западной части Данцигского залива, где им предстояло выставить мины у Хельской косы. Пройдя к югу еще десять миль, я приказал уменьшить скорость линкоров до малой, отпустив вперед эсминцы и вторую пару крейсеров. Эсминцы, пользуясь своими малыми размерами, а значит, и малой заметностью, подходят как можно ближе к Пиллау и минируют подходы к судоходному каналу. Крейсера «Адмирал Макаров» и «Баян» должны выставить свое минное заграждение в глубине залива, между Данцигом и Пиллау. Наша задача – прийти на помощь любому из трех отрядов, поэтому мы и избрали эту точку как самую равноудаленную ото всех.

– Как-то уж очень все гладко получается. Мичман Никишин, узнай у радиотелефонистов, все ли по-прежнему, нет ли даже малейших изменений в переговорах?

Но было относительно спокойно. Через три часа все три группы беспрепятственно выставили мины и направились в точку сбора. До рассвета оставалось немногим более трех часов.

– Передать кодированный сигнал в штаб флота. Владимир Константинович, принимайте командование, курс на Либаву. Попрошу перед Либавой меня разбудить.

Через два с половиной часа дверь в каюту, где я отдыхал, приоткрылась, и я тут же открыл глаза. Вошел Качалов.

– Ваше превосходительство, лейтенант Киреенко дожидается в кабинете.

– Скажи, через минуту буду.

– Что у тебя, лейтенант? – задал я вопрос, входя в кабинет.

– Ваше превосходительство, вице-адмирал Кербер вот уже час сорок двигается курсом на юг и интенсивно переговаривается в эфире. Немецкий флот, судя по перемещению пеленга их работающих радиопередатчиков, клюнул на приманку, начал движение навстречу нашим кораблям.

– Что-нибудь смогли расшифровать из перехваченных радиограмм?

– Пока не полностью. Но из того, что мы уже успели расшифровать, знаем немало. И это то, что час назад из Либавы вышел авиатранспорт. Судя по его последней передаче, он впереди нас в тридцати милях. Он спешит за своим флотом, который опережает его на восемьдесят миль. Если мы поспешим, то можем его догнать через два с половиной – три часа, на подходе к Ирбенскому проливу.

– И это что, все? Больше ничего нет?

– Есть кое-какие сообщения из Рижского залива, также из отдела радиоразведки. Наши сообщают, что германское наступление под Ригой выдыхается, им не помогает даже поддержка с моря, наши войска держатся. Адмирал Шмидт начинает испытывать нехватку снарядов и требует прислать их хотя бы для эсминцев и крейсеров, а два линкора вывести из залива для пополнения главного калибра.

– Да, эта новость не из приятных. Есть какие-либо подтверждения, что они получили на то разрешение и уже уходят из залива или уже вышли?

– Пока не все радиограммы расшифрованы. В первую очередь занимаемся радиограммами из районов Ирбенского пролива и Рижского залива, то есть теми, что исходят из восточной части Балтики. Только некоторыми, что идут с западного сектора.