Борис Царегородцев - Второй шанс адмирала Бахирева

– Не забывайте, адмирал, там еще линейные крейсера адмирала Хиппера.

– Если информация достоверна, то один из крейсеров вчера серьезно поврежден английскими союзниками, и, как докладывал кэптэн Лоуренс, ему удалось поразить двумя торпедами флагман самого Хиппера – «Зейдлиц». Наша служба радиоперехвата это подтверждает. Также есть сведения, что «Мольтке» больше двадцати пяти узлов дать не может, и то в чрезвычайном режиме, а так у него двадцать три узла, как у нас. И все из-за того, что он получил повреждения одного из котельных отделений. Так что будем считать, что у немцев перед Ирбенским проливом пять с половиной линейных кораблей. Да и соотношение орудий главного калибра, стреляющих на один борт, почти одинаково, исходя из курсового угла.

– Так вы что, хотите получить согласие вывести все четыре наших линейных корабля против немцев? Так они через три часа смогут перебросить из залива еще три линкора.

– Да я и не планировал пока линейный бой с немцами. А вот оттянуть их от Ирбена я хотел. Это для того, чтобы эсминцы могли войти в протраленный фарватер и выставить там мины. Хотя некоторый шанс есть, если вывести все четыре дредноута, а пару броненосцев придержать в резерве, они помогли бы при подходе к минно-артиллерийской позиции.

– Нет, на это я пойти не могу. Четыре корабля против шести!

– Ваше превосходительство, говорю вам, я пока не планировал бой с линейными кораблями, но мне показалось, судя по вашей реакции, вы такой возможности не исключаете. И возможно, сами могли бы возглавить линейные силы в этом бою, просто опасаетесь, что государь не позволит в этом конкретном случае задействовать все четыре линейных корабля, если не получит гарантии на положительный результат. Что-то вроде один дредноут как минимум за три немецких.

– Ну, вы, Михаил Коронатович, и мечтатель. Три да за один наш! Да я сейчас бы приказал выйти в море, будь уверен в таком исходе боя. Но я не уверен. Будь у всех четырех линкоров такая же боевая подготовка, как в вашей группе, вот тогда появился бы маленький шанс, а так.

В восьмом часу вечера оперативная группа вышла с рейда и направилась прямо на юг, в сторону Ревеля. Если о нашем выходе и узнал противник, это даже хорошо. По всему Гельсингфорсу распустили слух о том, что наконец-то прорыт канал в Моонзундском проливе между Финским и Рижским заливами и теперь мы готовим к переброске корабли для поддержки морских сил в том районе. Я не знаю и не представляю возможности резидентов этого времени, когда распространяемые нами слухи о канале достигнут нужных ушей в Германии или даже кайзеровского командования в районе Риги. Но предполагаю, что в течение суток в штабе принца Генриха их еще не будут знать. Но все равно наш путь вначале лежал поближе к Моонзундскому проливу, как будто подтверждая, что в этом проливе мы все же закончили работы по углублению канала и способны перебросить через него в Рижский залив дредноуты. Где-то в Финском заливе в это время находилась германская подводная лодка U-26, она могла видеть направляющиеся в сторону Моонзунда линейные корабли и проинформировать об этом свое командование. Пока на море опускались вечерние сумерки, мы шли на юг, но, как только на море опустилась ночь, повернули на запад и на пятнадцати узлах направились к выходу в Балтийское море. Миновав в темноте минно-артиллерийскую позицию и линию дозоров своего флота, мы вышли в открытое море.

– Николай Николаевич, проложи-ка нам курс на северную оконечность острова Форе.

Прошло два часа, как корабли в предрассветном тумане миновали траверз полуострова Дагерорт, идя курсом на юго-запад. Еще во время обсуждения плана операции со своими командирами я их предупредил: если на море будет сильный туман и кто-то оторвется от отряда, добираться самостоятельно до места сбора в пятнадцати милях восточнее Форе. Как и прежде, мой «Петропавловск» шел первым, ведя за собой «Полтаву», дальше шли крейсера и эсминцы типа «Охотник», ранее входившие в особый полудивизион. Теперь, после ротации, переведены в мою оперативную группу из-за их лучших мореходных качеств и большей дальности хода. А это так важно для моей группе, особенно для рейдов к побережью Германии.

Эсминцы «Новик» и «Победитель» должны выйти только через сутки с минами на палубе, им предстояло пройти через Моонзунд, далее через Соэл-Зунд выйти на северное побережье Эзеля и там в одной из бухточек отстаиваться в ожидании благоприятного момента.