Антоний Оссендовский - Ленин

– Благодарю! – отвечал Ленин. – Держите ухо востро с этой брехливой сворой!

– Знаем о каждом их намерении! – прозвучал ответ. – Завтра должна произойти пробная манифестация в честь Народного Собрания, назначенная на 6 января.

Ленин нахмурил лоб и произнес:

– Уже говорил, как вы должны поступить.

– Мы подготовлены! – отозвался в трубке зло шипящий голос Дзержинского.

Ленин повесил трубку.

Несколькими часами позже, несмотря на сильный мороз, он стоял у открытого окна и прислушивался. Стылый зимний воздух нес удивительно выразительные отзвуки винтовочных залпов и злой задыхающийся стук пулеметов.

Во внутренний двор на полном ходу въехал мотоцикл. С него соскочил финский солдат и исчез в вестибюле дворца. Немного погодя вошел он в кабинет диктатора.

– Манифестация разогнана. Полегло около пятисот демонстрантов. Знамена и плакаты сорваны и уничтожены. Население города спокойно. Наши патрули с пулеметами дежурят на перекрестках улиц, товарищ! – доложил он прерывающимся голосом.

– Хорошо! Можете идти! – сказал Ленин.

Блеснул черными глазами и шепнул:

– У вас уже два аргумента, господа меньшевики и народники! Не бойтесь трупов, придут еще другие…

Об одном из них он думал в течение всей прошедшей ночи.

Послал солдата за товарищами Троцким, Каменевым, Зиновьевым, Сталиным, Антоновым, Урицким, Мураловым, Пятаковым и Дыбенко.

– Какие вести с фронта? – спросил он, когда все вызванные собрались в кабинете.

– Очень плохо! – ответил неохотно Троцкий. – Доносят, что Германия замышляет начать новое наступление в целях захвата Петрограда. Тогда конец революции! В контрреволюционных кругах ждут немцев, как спасение души!

Ленин засмеялся и проворчал:

– Это уже настоящее предательство! А на нас псы вешают, что мы хотим мира!

– Население Петрограда и Москвы поглядывает на немцев, которые собираются восстановить прежний порядок, водворить на трон династию, а нас уничтожить! – воскликнул Зиновьев, хватаясь за густую курчавую шевелюру.

Ленин равнодушно повел плечами.

– Товарищ председатель напрасно пренебрегает ситуацией! – заметил зло Урицкий. – Здесь нужно что-то обдумать, решить радикально! Нельзя играть в истребление других социалистов руками польского шляхтича Дзержинского, когда враг стоит на пороге! Германский империализм силен и не будет шутить, когда вторгнется в Петроград, приветствуемый восторженно населением.

– Да! Товарищ Урицкий справедлив! – поддержал его Каменев, многозначительно поглядывая на Троцкого.

Ленин слушал внимательно, а от его зоркого взгляда не укрылись мельчайшие проявления чувств и несказанных мыслей товарищей.

– Интуитивно чувствую, что товарищ Урицкий недоволен моим доверием к Дзержинскому. Не хочу недоразумений между нами. Дзержинскому было поручено щекотливое дело, чтобы не подвергать вас, иудеев, опасности. У меня есть информация, что община вас предупреждала… Да?

Они молчали минуту, после чего кивнули головами.

– Следовательно, с этим кончено! Теперь вы, пожалуй, понимаете? Дзержинскому доверяю, так как напоминает он мне адскую машину, наполненную ненавистью.

– Это безумец, маньяк! – воскликнул Зиновьев с истерическим пафосом. – Знаете ли вы, товарищи, что он шпионит даже за нами?

Ленин улыбнулся мягко, что принудило товарищей к особенной бдительности. Они знали эту усмешку. Она вызывала опасение, что сейчас обрушится тяжелый удар, неотразимый, неожиданный и быстрый.

Однако Ленин засмеялся весело и произнес:

– Этот безумный поляк просил у меня недавно, чтобы я установил надзор за ним самим. Какой из него фанатик! Никому, даже себе не верит!

– Малиновского заманил к себе неделю назад и приказал убить! – воскликнул Урицкий, топая ногами. – Убил безусловно, так как никто не видел товарища Малиновского с того времени!

Ленин сморщил брови и шепнул:

– Немного поспешил. Только немного… До сих пор этот агент царской полиции принес нам больше пользы, чем вреда. Но однако и так, раньше или позже, должен был погибнуть. Вскоре уже не был бы нам нужен.

Он махнул небрежно рукой и сказал:

– Товарищи! В течение трех дней, которые остаются нам до Нового года, вы должны трубить в прессе во все трубы иерихонские, что пролетариат должен взяться за оружие и дать отпор германским империалистам на подступах к Красной столице. Направьте на это всю вашу энергию и способности! Запустите в движение агитационный аппарат!