Александр Солженицын - Раннее (сборник)

………………………

………………………

[обрывается]

………………………

В штабе Округа – только не кланяться, не выглядеть просителем! В вестибюле, где приём пакетов, бумаг, – через окошко, изнутри, не видно короткой изжёванной и уже сильно измазанной шинели. А будёновка – это вполне ничего. Заложив, приаккуратив её уши, Нержин склонился к окошку. Среди обозных страдал он от своего городского языка, а вот тут – как раз подойдёт:

– Так, товарищ! У меня, вот, срочный пакет к капитану Горохову. Передать лично и конфиденциально!

Расчёт был правильный:…ально? официально? или чёрт там разберёт, но шибко грамотный солдат, не путаться с ним.

И сразу дал пропуск.

Быстро по лестнице, пока тот не передумал. Комната №… «Отдел командирских кадров». Сразу в дверь. А это – только приёмная. Двое командиров сидят, ждут. А за секретарским столом – сержантик. Ему повторил и надпись на пакете показал:

– Очень важно и срочно.

Опасный момент – только пока пересидеть вот этих командиров, чтобы кто не успел отсюда завернуть. Нервно сидел, минут двадцать. За это время подошёл ещё лейтенант, ещё капитан, но сержантик признал очередь:

– Пройдите.

Там Нержин вытянулся, козырнул, как умел, – и сразу про письмо.

Капитан Горохов, светловолосый, высокий – даже за столом сидя, – только услышал фамилию лейтенанта Титаренко – сразу улыбнулся:

– Давайте! – Разрывал конверт: – Вот оно что! Вот какое дело! Садитесь.

Читал письмо. Нержин не дал себя уговаривать – сел, чтоб изжёванной полы не видно. А пакет положил на угол стола.

Горохов:

– Скажите ему: исхлопочу назначение немедленно! Пусть не сомневается, ждёт!

Исчерпано?

Но, видя такое весёлое расположение, Нержин не стал ещё один раз вытягиваться, а сидя, и как разумному же человеку тоже разумный: кончил физмат… прошусь в артиллерию… тоже пропадаю в обозе.

Капитан Горохов поднял карандаш к зубам, в короткой задумке:

– Я бы охотно. Но артиллерией не распоряжаюсь.

Упало сердце.

А Горохов с весёлым взглядом:

– Ладно. Выпишу вам личный пропуск в штаб артиллерии. К майору Чубукову.

Внушительный пропуск выписал сержантик, и Горохов подписал, и какую печатищу шлёпнули.

Теперь – бодро, уверенно, от здания к зданию – уже на проходной никто не задержит! Хоть и с драным портфелем.

А в приёмной майора Чубукова – сердце упало мягко: на всех ожидающих командирах петлицы были заветные чёрные и с завидными скрещенными пушечками{321}. И Нержин – удостоен сидеть среди них? Робко сел в уголке, припрятывая полу шинели, испачканную на паровозе.

Командиров было человек пять, очередь шла больше часу. Но теперь Глеб сидел уверенно.

Майор Чубуков, с такими же петлицами и пушечками, черноволосый, невысокий, не быстрый, выслушал внимательно. Университетского аттестата на руках нет, дома остался, но Чубуков сразу поверил.

Подумал.

Думал.

И – как-то ласково:

– Да пожалуй, не в училище ж вас теперь посылать, только время вам терять. А пошлю-ка я вас сразу в АКУКС.

Что-то – очень, страшно важное.

Артиллерийские Курсы Усовершенствования Командного Состава.

– Там есть курсы командиров батарей, подучиваются, кому науки не хватило. А вам будет легко, там одна математика.

И тут же – заказал секретарю: писать направление.

Чудо! чудо! – и так легко совершилось? (Да и все ж чудеса – легко, в том и чудеса.)

Только маленькая оговорочка:

– Направление-то я вам даю, но открепить от батальона не имею права: рядовыми – штаб Округа не распоряжается.

Э – э – э – э, вот ещё что…

Но записал в золотой список: Капитан Горохов! – Майор Чубуков!

Ещё – финчасть осталась, но там дело простое.

А в Сталинграде – что смотреть? нечего и смотреть, город как город. Скорей опять на вокзал, ловить обратные поезда.

………………………

………………………

[обрывается]

………………………

Лейтенант Титаренко очень остался доволен, как Нержин выполнил поручение и как капитан Горохов обещал совсем вскоре забрать его в мотопехоту. А над бумагой майора Чубукова удивлённо крутил головой:

– Как же это может быть: рядового – и сразу на курсы усовершенствования командиров батарей? Они же все – старшие лейтенанты да капитаны, с какой ты будешь стороны при них? Это – мудро что-то. Они тебя не примут.

И чудесная бумага со штампом Управления артиллерии штаба Округа, которую Нержин с таким ликованием вёз, – теперь в глазах его припомеркла. Но лишь чуть: ведь знал же майор Чубуков, что подписывал. А Нержин – что там мог трудного встретить в баллистических параболах? Да чепуха.