Луис Ламур - Одинокие боги

Решив переменить тему разговора, я спросил:

— Вы виделись с тетей Еленой?

— Да, встречалась с нею несколько раз. Она очень любит тебя, Иоханнес.

— Любит... но почему? Она ведь совершенно не знает меня.

— Достаточно того, что ты сын своей матери, и, вопреки воле дона Исидро, донна Елена всегда восхищалась твоим отцом. Она нередко рассказывала мне, какой он был удивительный человек. Романтик!.. Думаю, она была немножко влюблена в него, сама того не подозревая.

Мисс Нессельрод помолчала.

— Кроме того, Иоханнес, она очень одинока, и ты — это все, что у нее есть. — Мисс Нессельрод, поколебавшись, добавила: — По-моему, она в прошлом перенесла большое горе, связанное с каким-то родственником. Ты ничего не слышал об этом?

— Я вообще мало знаю о ней. Помню, мама говорила... Но для меня она была всего лишь олицетворением имени...

— Ты должен быть осторожен, Иоханнес! Дон Исидро по-прежнему в городе, лишь изредка уезжает на ранчо. Все люди, работавшие когда-то на него, теперь ушли. Говорят, он нанял других, и очень опасных негодяев.

Мы долго просидели в тот день, день моего возвращения. Я рассказывал мисс Нессельрод о Рамоне, Техачапи и пустыне. Как всегда, она внимательно слушала, используя любую возможность получить какую-то новую информацию.

— Ты должен немного поспать, — сказала мисс Нессельрод, вставая, когда мы вдоволь наговорились. — Завтра ты встретишься с портным, нужно сменить гардероб: ты вырос из всех своих старых вещей.

Она смерила меня оценивающим взглядом.

— И стал таким большим, Иоханнес, что, пожалуй, уже перерос своего отца.

Держа в руках шляпу, я уже сделал было шаг, чтобы отправиться в свою комнату, как вдруг мисс Нессельрод сообщила:

— Я заключила сделку с капитаном Лаурелом, Ханни. Его корабль часто бывает в Вилмингтоне и Сан-Педро.

Радостно приветствуя эту новость, я вдруг словно спохватился и мгновенно замолчал. Потом осторожно, стараясь казаться как можно более равнодушным, произнес:

— О! Кажется, я что-то слышал о капитане Лауреле!..

Ее глаза засветились лукавством.

— Уверена, что слышал! По-моему, ты учился в школе с его дочерью Мегги. Красивая девушка, Иоханнес, и очень тобой интересуется.

— Мной?!

— Да, мы с ней несколько раз вместе катались верхом, и она частенько расспрашивала о тебе.

— Все это было так давно... Просто несколько месяцев мы сидели с ней за одной партой. Иногда она уезжала вместе со своим отцом.

— Знаю, тебе пришлось однажды драться из-за нее.

— Ну... возможно. — Краска залила мое лицо. — Не могу сказать, что это было из-за нее, хотя в общем-то да... из-за нее. Я имею в виду, что драка произошла бы в любом случае, ведь наш одноклассник Ред только искал подходящего случая.

— Он все еще здесь, Иоханнес, поэтому будь внимателен. Три-четыре недели назад Ред убил человека в Сонора-Тауне, а до того участвовал в нескольких побоищах и замешан в нескольких грязных скандалах.

Я и не собирался иметь с ним ничего общего и отправился наконец спать, думая о нем и о Мегги. Сейчас она, наверное, превратилась из девочки в молодую девушку, некоторые в ее возрасте уже выходят замуж...

Вышла ли или собирается замуж она? Мисс Нессельрод ничего об этом не говорила. Внезапно я сел на кровати. Нет, такого просто не должно быть! Иначе бы мисс Нессельрод сказала мне. А вдруг Мегги все же действительно вышла замуж?

Я поднялся и совсем было решил пойти спросить об этом у мисс Нессельрод. Потом подумал и понял, что все это выглядело бы очень глупо. К тому же мисс Нессельрод могла уже лечь спать.

Когда утром я вышел из своей комнаты, Келсо уже сидел за столом. После горячей ванны я почувствовал себя намного спокойнее и, выйдя на кухню, поискал кофейник.

— О! Привет! Как ты вырос! — обрадовался мне Келсо.

Мы поговорили о нашей поездке, о лошадях, обдумали, как эффективнее и лучше продолжать объезжать их, потом я рассказал ему про черного жеребца.

— Слышал про него. Замечательный конь, мальчик!

Он помолчал, осторожно предостерег:

— Будь внимателен, особенно в окрестностях города. На прошлой неделе убили четверых. За то время, пока ты отсутствовал, за убийства и воровство в Лос-Анджелесе приговорили к смертной казни через повешение двадцать два человека: одних — после вынесения приговора, по закону, других — потому что они и в самом деле это заслужили. Знаешь, в Сонора-Тауне тебя могут пристрелить просто так, ни за что ни про что, без особой на то причины! И, поверь, разбойничают не одни мексиканцы. Пятьдесят или шестьдесят англичан, приговоренных к виселице, скрываются до сих пор, и первый среди них Бостон Даймвуд.