Иван Ле - Кленовый лист

Издалека услышала монотонный плач мальчика и отрывочные возгласы солдат. Видимо, фашисты еще и бьют его — не видела из своего укрытия. Только шептала:

— Хоть бы не застрелили, пока дойдут. Хоть бы...

А в воображении — заплаканная женщина, мать на коленях перед ней.

Вечерело. Гитлеровцы могут поторопиться и расстрелять парня, не доведя до оврага. Осторожно выглянула на дорогу. Солдаты гнали парня вперед не дорогой, а рвом сбоку. Боря иногда подбегал, резко оглядывался на удовольствие своим палачам.

Мария пролезла грязным желобом на другой его конец. Совсем близко от нее прошел Боря и его палачи. Маруся достала пистолет, прицелилась сквозь лебеду. Выстрела даже сама не слышала. Передний солдат как-то по-псиному прыгнул из канавы и упал, загребая руками землю. Второй, как кукла на шнурке, крутнулся на одной ноге. Выстрел неожиданно хлопнул и прозвучал в желобе, словно над самым ухом. И когда гитлеровец снова повернулся, Маруся уже в упор целилась ему в голову.

— Пропадай, гадово поколение, — обрекла и еще прицельнее пристрелила и этого. — Боря! Сынок, ко мне! — крикнула бедному парню, что упал, закрывая руками голову, как только грянул первый выстрел. Ему показалось, что стреляют в него и, только играя, не попали в голову.

Но голос матери, естественная теплота в слове «сынок» разбили все страхи, развеяли тысячи смертей по ветру и ласкали, обнадеживали.

Парень вскочил, ошалевший от радости. Только теперь увидел свою спасительницу.

— Мамочка, — крикнул первородное слово ребенка, не помня себя от радости и удивления.

Женщина властно вырвала автоматы из скорченных рук гитлеровцев.

— На, Боря! За мной, и как можно быстрее бежим в лес.

Боря схватил автомат и изо всех сил бросился за женщиной по канаве к развалинам железнодорожной будки. С моста выстрелил часовой. Затем заговорил ручной пулемет. Впервые услышал Боря, как звонко и грозно свистят пули. Но он весь был в сказочных чарах непобедимости этой родной, как мать, женщины.

Мария понимала, что мост от них достаточно далеко, и только случайная пуля могла им помешать.

Но в городке услышали стрельбу. В то время благородное партизанское движение еще только-только начиналось. Далеко не все гитлеровские коменданты знали, что это за советские партизаны. Сведения из штаба главного командования напоминали об этом, но их читали по долгу, невнимательно.

Но Фриц Дейк еще в Польше узнал, что такое красные партизаны. Услышав сквозь открытое окно спешную стрельбу возле моста, он поднял по тревоге весь свой гарнизон.

Когда Мария Кленова с запыхавшимся Борей добежали до березняка, где-то на окраине леса позади них уже лаяли овчарки, слышались тревожные голоса команды. Комендант оперативно организовал погоню на четырех грузовых автомашинах, подбросив в лес значительную часть гарнизона с собаками. Проскочив с солдатами в лес, Фриц чуть не перехватил Марию с мальчишкой.

Мария на бегу велела трем подросткам, которые в тревоге ждали ее в березняке, бежать за нею вдоль оврага до автомашины. Обрадованные спасением Бори и в то же время испуганные, да еще услышав угрожающий псиный лай в лесу, друзья не ожидали объяснений. Подхватив с собой Борю, бросились за женщиной. Витя Довженко молча взял из рук Бори тяжелый немецкий автомат, облегчив тем положение истерзанного парня.

До автомашины было не более километра. Но бежать становилось труднее — вверх, по бездорожью. Иногда кто-то спотыкался о корни на склоне и падал. Но вскакивал и снова все неслись вперед, не зная да и не расспрашивая, куда их ведет эта такая сильная в их глазах, такая дорогая тетя Маруся.

Угрожающий лай приближался. Напав на след, собаки рвались вперед, солдаты едва поспевали за ними. Комендант то и дело подгонял их бранью и угрозами.

Наконец, Мария подошла с детьми до автомашины. Витя с двумя саперами стояли наготове с оружием в руках: у обоих солдат — винтовки, у Вити — немецкий автомат. Мотор авто четко работал на малых оборотах. Даже двери открыты, чтобы ни одной лишней минуты не задерживаться. Ведь там... погоня!

Но их теперь не четыре, как было, а восемь! Пусть это и подростки. Их четверо, к тому же Алик и Довженко были весьма высокого роста. Поэтому Маруся уже набегу приняла решение.

— Детей в машину! Витя, проскочишь между болотами по старому следу… так, чтобы через тот мост на магистрали…

— Мост в городке, Мария Иосифовна, — поправил Виктор.

— Правда, мы же до сих пор с этой стороны. Тогда давай сначала за лес, а потом снова вдоль этого оврага — речкой! Где-то напротив железнодорожного моста в глубине леса маскируйся, пока мы будем водить погоню. Я с товарищами задержу их.