Уилбур Смит - Тени Солнца

Керри перестал сопротивляться и смотрел как завороженный. Стрелы звякали о капот, падали все ближе и ближе к солдату, ломались при ударе о землю. Одна из стрел, как метко пущенная бандерилья, угодила солдату точно между лопаток. С искаженным от боли и страха лицом он вывернул руки назад, пытаясь дотянуться до древка, но тщетно.

— На землю его! — крикнул Брюс, когда парень добежал до них.

Двое бойцов подскочили к нему, повалили ничком на землю. Он несвязно бормотал что-то от страха. Керри схватил древко: острый наконечник вошел в тело меньше чем на дюйм. Брюс попытался вытащить стрелу, но она переломилась у самого наконечника, оставив отравленное железо в ране.

— Нож! — крикнул Керри.

Кто-то сунул ему в руку штык.

— Осторожнее, босс, не пораньтесь о наконечник.

— Раффи, пусть твои ребята готовятся к обороне, — рявкнул Брюс и стянул с парня рубашку. Грубо выкованный наконечник толстым слоем покрывал яд, похожий на густую черную карамель.

— Он мертв, — сказал Раффи, облокотившись о капот грузовика. — Он просто еще не перестал дышать.

Брюс вонзил штык рядом с наконечником стрелы, и раненый, жутко вопя, забился в корчах.

— Хендри, дай плоскогубцы.

— Держи.

Керри ухватил наконечник стрелы стальными челюстями и потянул. Плоть не отдавала трофей, бугорком поднимаясь вслед. Брюс подковырнул штыком, чувствуя, как рвется кожа. Ему казалось, что он вытаскивает крючок изо рта сома.

— Теряете время, босс! — пробурчал Раффи, с типично африканской покорностью принимая неизбежность насильственной смерти. — Мальчик уже не жилец. В нем свежий змеиный яд.

— Точно знаешь, Раффи? — поднял голову Брюс. — Ты уверен, что это змеиный яд?

— Да, они его с кассавой смешивают.

— Хендри, где у нас противоядия?

— В аптечке в лагере.

Брюс еще раз потянул наконечник, и тот наконец вышел, оставив глубокую дыру между лопатками.

— Все по машинам, нужно доставить его в лагерь. Каждая секунда дорога.

— Посмотрите на его глаза, — проворчал Раффи. — Укол не поможет.

Зрачки сузились до размеров спичечной головки, парень весь дрожал — яд распространялся по телу.

— В машину его.

Они подняли бойца в кабину и забились следом. Раффи завел мотор, включил заднюю передачу. Автомобиль, взревев, рванул к лагерю — всего ярдов тридцать.

— Вытаскивайте его, — приказал Брюс. — Несите в укрытие.

На губах раненого выступила пена, пот ручейками стекал по лицу и телу. Из раны сочилась тоненькая струйка коричневатой жидкости. «Наверное, яд коагулирует», — подумал Брюс.

— Брюс, что с тобой? — К нему подбежала Шермэйн.

— Со мной ничего. — Керри с трудом сдерживался, пытаясь не сорваться. — А вот одного из наших ранили.

— Тебе помочь?

— Нет, тебе не надо это видеть. Хендри, где противоядия, черт побери?

Раненого приволокли в лагерь, положили в тени на одеяло. Брюс опустился на колени, открыл красную жестяную коробку, которую ему протянул Хендри.

— Раффи, поставь грузовики обратно в круг и прикажи своим парням держаться начеку. Туземцы после такого успеха могут и осмелеть. — По ходу разговора Брюс вставлял в шприц иглу для подкожных инъекций. — Хендри, скажи, чтобы нас чем-нибудь загородили. Можно одеялами. — Открыв ампулу, он наполнил шприц бледно-желтой сывороткой. — Держите его, — сказал он солдатам и, приподняв кожу около раны, воткнул туда иглу. Кожа на ощупь была как лягушачья — влажная и липкая.

Впрыскивая сыворотку, Брюс пытался сосчитать, сколько прошло времени с того момента, как вонзилась стрела, — минут семь или восемь, наверное. Яд мамбы убивает за четырнадцать минут.

— Переверните его, — сказал он.

Голова парня безвольно упала набок, дыхание участилось, стало поверхностным, а изо рта вытекала струйка слюны.

— Ты смотри-ка! — выдохнул Уолли Хендри. На его лице отразилось чувство глубокого чувственного удовольствия, и дышал он так же часто и поверхностно, как умирающий.

— Помоги Раффи, — рявкнул Брюс. У него внутри все сжалось от отвращения.

— Как бы не так. Уж это зрелище я не пропущу.

У Брюса не было времени на пререкания. Он приподнял кожу на животе раненого и вонзил иглу туда. Внезапно кишечник бойца непроизвольно опорожнился.

— Боже… — прошептал Хендри.

— Уйди, — прорычал Брюс. — Хватит глумиться, дай ему умереть спокойно.

От отчаяния он сделал еще один укол — под кожу, у самого сердца. Тело резко свело судорогой, и игла сломалась в мышце.

— Умирает, — прошептал Хендри, — умирает. Ты посмотри-ка, а? Вот это да.