Григорий Плоткин - Встречные огни

К а т я. Успокойся. Я ведь тоже в оккупации осталась.

Г е н н а д и й. В этом я виноват.

К а т я. Я не упрекаю тебя.

Г е н н а д и й. Уйдем отсюда!

К а т я. Ты устал, ты измучен, но ты прежний, Генка! (Целует его.)

Подходит Л у к о в е ц. На голове у него соломенный бриль, в руках — удочки.

Л у к о в е ц (глядя на море) . С моря дует холодный ветер.

К а т я. Ничего, скоро будет жарко!

Л у к о в е ц. Здравствуйте, товарищи!

К а т я. Санинструктор Бакланова. Вот удостоверение и комсомольский билет… а он…

Г е н н а д и й. Ничего предъявить не могу. Сами понимаете…

Л у к о в е ц. Да. Надо тебе, товарищ Маслюков, на работу устроиться.

К а т я. Это нелегко.

Л у к о в е ц. Действительно! (Размышляя.) На завод не возьмут: слаб еще! А что, если в ресторан, к Лещенко? На кухню или официантом.

К а т я (разочарованно) . На кухню? Его?

Л у к о в е ц. А что?

К а т я. Туда еще трудней.

Г е н н а д и й. А если Марию попросить?

Л у к о в е ц. Кто это?

Г е н н а д и й. Дружили когда-то. Сейчас она у Лещенко главная артистка, Жанна.

Л у к о в е ц. Не откажет?

К а т я. И просить эту продажную шкуру не буду!

Л у к о в е ц. А если надо?

К а т я. Надо? Тогда меньше чем на должность метрдотеля для него — не соглашусь.

Л у к о в е ц (смеется) . Действуй!

К а т я. А я?

Л у к о в е ц. Пока на базаре останешься. Торговлю расширить надо.

К а т я. А товар где взять?

Л у к о в е ц. Компаньона подыщем. С капиталом.

К а т я. Можно было бы открыть комиссионный магазин. Но… Стасик, староста базара, не разрешит.

Л у к о в е ц. Пойдешь к Пынте. Дашь ему взятку, все разрешит!

К а т я. Это верно!

Подходит С е р г е й.

Л у к о в е ц. А вот и компаньон твой.

К а т я. Сережа!

Г е н н а д и й. Сергей! (Обнимает его, плачет.)

К а т я (укоризненно) . Геночка!

Г е н н а д и й. Я в плену был, такое видел. (Плачет.)

С е р г е й. Мы опять вместе. (Обнимает их, смеется.)

Г е н н а д и й. Только Мария твоя…

С е р г е й. Про нее не надо!

К а т я. Она еще намучается.

Л у к о в е ц. Действительно! Всем про Сергея правду говорите. На одной улице выросли, вместе на фронте служили. Невеста бросила. На могилу матери приехал.

Г е н н а д и й. Все соседи подтвердят.

Л у к о в е ц. Вот и хорошо. Связь через Сергея. До свидания!

С е р г е й. Скоро увидимся.

Луковец и Сергей уходят.

К а т я (Геннадию) . А ты идти не хотел!

Г е н н а д и й (счастливый) . Катюша! Даже не верится…

Катя и Геннадий поют.

К а т я.

Г е н н а д и й.

К а т я.

Г е н н а д и й.

К а т я.

Г е н н а д и й.

Они идут навстречу морю и солнцу, им вслед внимательно смотрит А н д р е й, вышедший несколько раньше. На Андрея сочувственно смотрит Л у к о в е ц. Перемена света. Снова катакомбы.

А н д р е й (смущенно) . Им теперь жить да жить!

Л у к о в е ц. И тебе на тот свет торопиться незачем!

А н д р е й. Я-то что? Меня все равно никто не ждет.

Л у к о в е ц. Одесса ждет! Ждет, когда мы выйдем из катакомб и пройдем по свободным улицам, к морю.

Андрей запевает песню о катакомбах. Луковец подхватывает ее, а вскоре к ним присоединяются десятки невидимых в темноте обитателей катакомб.

А н д р е й.

Л у к о в е ц.

З а т е м н е н и е.

Штаб-квартира гестапо в старинном одесском особняке. Клетчатый паркет, стены, украшенные бронзой. В углу — маленький мальчик Ф и м а Г и л ь м а н играет на скрипке. У письменного стола в глубоком кресле сидит Г о ф м а й е р. Г р о т подает ему бумаги на подпись.