Все молчат. Марта смотрит на Марию. Та демонстративно отворачивается.
Проходит Стражник в старинном шлеме, с алебардой. Кричит петух, в неярком свете вырисовывается кровать под балдахином. Ганс сидит на ней. За ним – Мария с распущенными волосами.
Мария (томно). Ну что ты, Ганс? Куда? Ну что с тобой?
Ганс (сначала в тон ей). Прости. Усни. Прости, но мне пора… (Спохватывается.) Тьфу, черт!
Мария.
Ты за ночь, как луна, переменился.
Перешагнул по небу, как звезда.
Ганс.Ну, только не надо, не преувеличивай. (Чешется.)
Мария.
О милый мой, побудь еще, скажи мне,
Что говорил вчера. Волшебный вечер!
О запах сена, лилии, молчанье
И маленькие молнии в руках!
Ганс (бормочет). Молнии маленькие, а клопы как черти.
Мария.
Ну расскажи, ну расскажи еще мне,
Как это было в самый первый раз!
Ганс.Лапочка, ну правда мне надо идти. Стража, то се.
Мария.
Я помню, как однажды на окно
Я вспрыгнула, поправить занавеску,
Тянулась вверх, на цыпочки привстав,
И вся, от пальцев рук до пальцев ног
Отточенная, как веретено,
И юная, как в'ишневая ветка
Цветущая, тебе я показалась…
Ты подошел, взял на руки меня
И замер так, дыханье потеряв…
Ты помнишь, Ганс?..
Ганс.Какая занавеска? Где?.. Спи, пожалуйста…
Мария.
И с той поры не мог спокойно видеть
Ни рук моих, ни ног, моих наклонов,
Изгибов бедер, рта, волос, колен.
Ты задевал меня, ты прикасался
И тут же в шутку все переводил…
Ганс.И дошутился… Правильно, правильно, все так и было, успокойся. Спи, а? Спи.
Мария.
Как ты нелеп, как скушен, старомоден,
Ты спишь со мной, а в голове – жена.
Ганс.Мария, ну что ты, ей-богу! Ну зачем?..
Мария.
Ступай, ступай! Иди подземным ходом.
И поцелуй меня перед уходом!
Ганс целует ее, продолжая чесаться.
Тьма. Появляются две Феи в средневековых костюмах и Губерт в наряде шута. Феи танцуют – одна тему счастья, другая – сомнения, а Губерт кричит петухом и играет на дудке.
Губерт.Исполнение желаний. Хлоп, хлоп, галоши! Что вам угодно? Марию? Корону? Королевство? Пожалуйста! Какие ароматы льются из царской кухни! Какие скакуны цокают копытами по дворцовой площади! А какие страсти, господа, какие страсти! Приготовьтесь! Але-гоп!
Феи и Губерт скрываются.
Проходит, как сомнамбула, женщина в отрепьях, волосы закрывают ее лицо – она будто ищет кого-то. Уходит. По сцене нервно ходит учитель Троммель в костюме иезуита. Два стражника вводят молоденькую даму, в которой нетрудно узнать Приемщицу из химчистки.
Учитель.О боже! Что за вид! Нет, с этой страной все ясно! Все!
Приемщица (оправляя свой наряд). А чё? Нормально.
Учитель.Молчи, несчастная! Вы видели себя в зеркало?
Приемщица.А чё такого-то?
Учитель.О темпора, о морес! Вы что, спали в этом платье?
Приемщица.Как же, дадут они поспать! Часик, может, покимарила… (Осматривает себя.) Вообще шмотки были… (Смеется.)
Учитель.Я ничего не понимаю, что она говорит!.. Хорошо, ответьте мне, вы принимали вчера…
Приемщица.Я? Приняла, конечно, не скрываю! Кубков пять приняла.
Учитель.О боже! Я вас спрашиваю: кого принимали?
Приемщица (не слышит, смеется). Я, святой отец, вчера капустой была.
Учитель.Кем?
Приемщица.Капустой. Кудрявой. (Смеется.) Мы все были кто морковкой, кто капустой. А шут был зайчиком. Губерт. Для понта, конечно. Чтобы нас грызть.
Учитель.Что?
Приемщица.Вот так – рры! И – грызть!
Учитель.Не дышите на меня! О ужас!
Приемщица (смеется). И всех вином поливали из лейки!
Учитель.Боже, совсем дитя!.. И принц тоже поливал?
Приемщица.Принц? Хо-хо! Это он все и придумал!.. Ой, принц! Ну принц!.. Они меня потом на кухню притаранили, на стол положили. Рубить, говорят, капусту! Давить ее! Солить ее! (Хохочет.) Завал!
Учитель.Пожалуйста, без подробностей!
Приемщица.А фрейлина Мария была Петрушкой. Вот такой султан на голове, а сзади – до сих пор голая!
Учитель.Боже мой! И ее что? Тоже?
Читать дальше