Владимир Бастраков - От «А» до «Я»

Снова буду на вагонной полке
Слушать я колёс ритмичный бег,
Путь мой в Нижний будет долгий, долгий,
Может быть, длиною в целый век.

Может быть, ах, может быть, быть может…
Только я пришпорю вновь коней!
В жизни день последний мой не прожит,
Пройдены не все дороги в ней!

Нахлебавшись вволю зимней стужи,
Верю, что капели я дождусь,
Верю, что кому-то буду нужен
И когда-нибудь, к кому-нибудь вернусь.

Пусть наивен я порой без меры,
Но корабль лишь к берегу плывёт.
Нужен берег! Или просто вера
В то, что этот берег где-то ждёт.

Так и я, презрев свои потери,
Сбросив тяжесть всех ушедших лет,
Отправляюсь в путь, и новый берег
Мне подарит сумрачный рассвет.

Созданный моим воображеньем
И душевным каторжным трудом,
Берег будет жизни продолженьем!
Только это будет всё потом…

А сейчас в преддверье расставанья
Горькой чашей сердце полнит грусть.
Я нашёл свои слова прощанья,
И навряд ли я сюда вернусь.

Может быть, другой сюда вернётся,
Тем же обликом и именем прикрыт,
Но руки твоей он не коснётся,
Строк своих тебе не посвятит.

Твоего покоя не нарушит,
Как пытался сделать я порой,
Будет деловит и равнодушен,
Сберегая собственный покой.

Не отметит наши дни рожденья
Позабытым праздником души
И найдёт свою траву забвенья,
Боль воспоминаний заглушив.

Может быть, ах, может быть, быть может…
Предсказать судьбу нам не дано.
Просто я в тиши ночной итожу,
Что недавно было, что давно.

К прошлому невольно обращаясь,
Разговор веду я сам с собой.
Я с тобой сегодня попрощаюсь,
И не только, может быть, с тобой.

Вот и всё. Ну что же, до свиданья.
В соснах дождь ночной отговорил.
Нашептал мне он слова прощанья,
Я ж, увы, тебе их подарил…

Ну, вот и конец моего заточенья,
Тебе я последние песни пою.
Иные ветра и иные теченья
Теперь понесут моей музы ладью.

Я всё только выдумал в номере скучном,
Где ветра привычен мне вой за окном,
Я в нём отыскал все слова и созвучья
И ими заполнил листок за листом.

Как рыцарь Ламанчи свою Дульсинею
Создал из печальных романов и снов,
Вот так же и я сотворил, как умею,
Возлюбленной образ из звуков и слов.

Но образ растаял и кончился вечер,
Рука замерла над последней строкой…
Ну что ж, Дульсинея, до встречи, до встречи…
Мятущему сердцу неведом покой.

Не надо спорить вам с судьбою,
Ах, ваша честь,
Я жизнь люблю всегда такою,
Какая есть.

И я судьбы не выбираю —
Что дал мне рок,
С тем я живу и умираю
Среди дорог.

Но прах мой пылью не затопчет
Чужой сапог,
Взойдёт над пылью у обочин
И мой цветок.

И дочь моя, в начала лета
Плетя венок,
Среди других вплетёт и этот
Простой цветок.

И всех цветов вдохнув настоя
Густую смесь,
Она полюбит жизнь такою,
Какая есть…

Вот и всё. Отпели соловьи,
Отзвенела роща золотая.
О тебе, о счастье, о любви
Оборвалась песнь моя простая.

Оборвалась… Так и не успел
Долюбить, допеть о том, что мило.
Песни лучшей я своей не спел —
Что же делать? Жизни не хватило.

Гаснут угли. На исходе силы.
Остаётся только прах, зола.
Милая, недолго своим милым
В нашей жизни ты меня звала.

Ну так что же? Значит, не судьба.
Жизнь, как песня, так же не сложилась.
Но ведь это всё же жизнь была,
И в груди живое сердце билось.

Жёлтый лист губами теребя,
Осенью бродить средь листопада,
Слушать шелест синего дождя —
Ах, как мало человеку надо!

Милое лицо в ладони взять,
Утонуть в прозрачной ласке взгляда,
Дочке сказку на ночь рассказать —
Ах, как много человеку надо!

Много… Мало… Всё теперь одно.
Зря пустых надежд я не лелею.
Ничего мне больше не дано.
Жизнь кончается. И всё уходит с нею.