Дмитрий Дарин - Поспели травы

Пусть забуду про другую,
Что похожа на тебя,
Я ведь выбрал не любую
Веселиться, не любя.

А ведь странно, а ведь странно,
Что веселья нет в глазах,
Ты не то чтоб не желанна,
Да не ты мне снишься в снах.

Пахнет с поля спелой мятой,
Да подсолнух сник башкой,
Чувств смешные лебедята
Напиваются тоской.

Я и сам, лебяжьим сердцем
В это озеро смотрясь,
Не могу все отогреться,
Не с любимой веселясь.

Так, конечно же, бывает —
Крылья режут лебедям,
Так их силой приучают
Красоту дарить глазам.

Не смотри куда-то мимо,
Я же рядом, я же здесь,
Не на шутку ты красива,
Да в глазах сырая слезь.

Унесло в чужую даль
От березового края,
Никому меня не жаль,
Что я облаком растаял.

Я печаль на горизонт
Лью все синими глазами,
Да кривлю в усмешке рот,
Дообманутый друзьями.

Черт бы с ними, жалко ту,
Обманулся сам с которой,
Стая чаек на лету
Дань берет с родного моря.

Мне бы так, умчал бы я,
Позабывши про усталость,
В бирюзовые края,
За волну крылом цепляясь.

Да, конечно, я вернусь
Чтоб допить туманов белесь,
Через годы, слезы пусть…
Тем и жив, пока надеюсь.

Мед на сердце выльет желтый месяц,
Только мне не слаще станет жить,
Оттого, что я, с тобою встретясь,
Не смогу душою полюбить.

Не смогу уже из глаз напиться,
Сердцем не сплясать навеселе,
Ведь любовь не сможет повториться,
Как цветы не вырастут в золе.

Ночь с тобой пускай подольше дышит,
Звезды пусть не лапает рассвет,
Дождь упорно просится под крышу,
Где давно уже хозяев нет.

Ты не спи, на сон не тратят чувства,
Сохнут что примятою травой,
Мне ведь не с тобою вовсе грустно,
Просто мне веселье – не с тобой.

Не с тобой еще, уже не с этой,
Что жила со мной, как на меже,
Потому таким медовым светом
Мне горчит сегодня на душе.

Думал я – отброшен я к началу,
Только в этой старой новизне
Не любовь, усталость ты узнала
В глаз моих пустой голубизне.

Медом с неба мне уж не напиться,
Не летать на бреющем крыле,
Раз крыло подрезано у птицы,
Ей печаль осталась на земле.

Сядь ко мне на колени,
Мы вспомним,
Что забыть не смогли,
Не сумели…
Не все же вырвано с корнем,
Не все ж корабли
На желтые сели мели.

До виска моего дотронься,
Чувствуешь – больно?
Уж давно эта твоя боль,
Во мне хоронится,
Как колокол в колокольне,
От боли, с тоски, что ль,
Голова на колени клонится?

Дотронься – не сердцем,
Так пальцами,
Ими тоже помнят взахлеб,
Ведь руками греются
И руками берут пряльца,
Нить попрочней сплести чтоб,
На которой не грех и повеситься.

Не могу себя заставить
На счастливых
Людей смотреть.
Не то чтобы зависть…
Да знаю, что чувств голубиных
Пристанище – клеть,
Как мои когда-то попались.

Отчего молчаливо
Глядишь так влажно, страшно
Будто сквозь…
Не с того ль, что сердце твое червивое
Ядом черным окрашено
Как волчьей ягоды гроздь?

Ты ведь не изменилась,
Снаружи красивая.
Лишь в черных глазах стыль
Накопилась,
Мы оба живы,
Отчего же злую тужиль
Я чувствую вместо милости?

Отчего ж еще мрачнее
Звезда лучится?
Даже не в силах луне
Светом склеить
Ночи сломанную ключицу,
Или это мне,
Что ты на чужих коленях
В белом бреду снится?

Тогда в явь сумерек
Не стоит торопиться —
В пустоту…
Затренькал зуммер,
И врач, дежурный по больнице,
Сестры спиртуя красоту,
Поморщится: «Родные есть кто?
Нету? Этот умер».

На сердце стынет злая тень,
У дома уж никто не встретит,
Лишь гривой чешется ячмень
О спелый августовский ветер.

Как клен, стою на берегу,
Оближет речка кожу плесов,
Я позабуду, что смогу,
Сквозь недоплаканные слезы.

А жизнь, как речка – полоса,
Ведь предают всегда украдкой —
И друг не всмотрится в глаза,
Мне нож засунув под лопатку.

А та, с которой венчан был,
Сама давно все развенчала,
А я как будто и не жил,
Раз жить приходиться сначала.