Николай Глазков - Избранные стихи

И в эту серость дней ненастных,
Знаменами горя,
Вторгается могучий праздник
Седьмого ноября.
И в сумрачное время года
Мир празднично согрет.
Вот так среди пустой породы
Сверкает самоцвет!

Пришло извещенье о смерти,
о смерти,
о смерти,—
Не верьте, сначала проверьте,
проверьте,
проверьте!

Известие это не то, нет,
не то, нет,
не то, нет!
Морская пехота не тонет,
не тонет,
не тонет!

Пропал твой товарищ.
Ты знаешь!
Скорбишь и страдаешь.
А может быть, зря унываешь?
А может быть, жив твой товарищ?

Печальное слово не то, нет,
не то, нет,
не то, нет!
Морская пехота не тонет,
не тонет,
не тонет!

Погиб твой любимый,
любимый,
любимый,
Для счастья необходимый.
А может быть, слух это мнимый?

А может, все это не то, нет:
Любимого не хоронят!..
Морская пехота не тонет,
не тонет,
не тонет!

На площади большой
Стройны и высоки,
Стоят передо мной
Латышские стрелки.
Побившие врага,
Вошедшие в века,
Народам всем близки
Латышские стрелки!

И в злой мороз, и в зной,
Когда цвели жарки,
Держали красный строй
Латышские стрелки.
Эсеровский мятеж,
Тревожные деньки,
Но в бой вступали те ж
Латышские стрелки!

И там, где мор и глад,
Ни соли, ни муки,
Безжалостных блокад
Железные тиски,
Рыдали поезда
От горя и тоски —
Шли именно туда
Латышские стрелки!

Во всех краях земли
Дрожали беляки,
Когда в атаку шли
Латышские стрелки.
Свой чуяли разгром
Противника полки
При имени одном:
«Латышские стрелки»!

Седины молодым
Украсили виски:
Прошли огонь и дым
Латышские стрелки.
От прибалтийских рек
И до Амги-реки
Прославлены навек
Латышские стрелки!

Такие сосны вижу тут!
Они у самого у моря,
Легко с прибойным ветром споря,
Единоборствуя, растут.

Желали бы они себе
Избрать местечко поспокойней,
Где обретают ствол и корни
Успокоенье не в борьбе?..

Любовь к родной стране сильна
И у людей, и у растений.
Пет стран милей и совершенней
У латышей, чем их страна!

Круша стволы и ветки,
Верша набег на брег,
Балтийский буйный ветер
Свистит, как человек.
И падают на берег
Пушистеньких песков
Десятки тысяч белых
Волнистых гребешков.

На пляже много люда,
Почти что все в пальто…
Но если я не буду
Купаться в море, то
В прибойную минуту
Полезет в воду кто?

Денек не дюже светел…
Знаток якутских рек,
Вхожу я в волны эти
И радую коллег!..
Пускай балтийский ветер
Свистит, как человек!

Печальной будет эта песня
О том, как птицы прилетали,
А в них охотники стреляли
И убивали птиц небесных.

А птицы падали на землю
И умирали в час печали,
А в пих охотники стреляли
Для развлеченья и веселья.

А птицы знали-понимали,
Что означает каждый выстрел,
Но неизменно прилетали
К родной тайге у речки быстрой.

И не могли не возвратиться
К родимой северной округе,
И несшо горестной разлуки
Весной веселой пели птицы.

А в них охотники стреляли
И попадали в птиц, не целясь.
И песню скорби и печали
Весной веселой птицы пели.

За добротой побрел в леса,
Туда, где благодушны воды,
Радушны лиственные своды,
Разумны птичьи голоса.

Хранила доброта свой след
На всех деревьях, листьях, травах,
На ручейковых переправах
И на легендах давних лет.

Не для тщеславной чепухи,
Не ради позы или жеста
Она должна войти в стихи
И сообщать им совершенство!

Русь — градарик, городов гряда,—
Так со шведского переводили,
Чепуху при этом городили,
Зря притягивали города.
Потому я утверждать берусь,
Что потуги лженауки жалки,
А загадочное слово «Русь»
Происходит от речной русалки.

Русский человек, живя в лесу,
Лес любил, конечно, но не очень:
То медведь вдруг задирал козу,
То коня терзала стая волчья.
И, живя в степи, любить не мог
Русский человек степей широких:
По степям то Запад, то Восток
Посылали недругов жестоких!..