Иван Оченков - Царь [СИ]

С этими словами госпожа фон Нойбек сделала шаг в сторону, да так удачно, что принц Ульрих, продолжая следить за собеседницей, повернулся, оказавшись рядом с княгиней.

— Право, я не слишком хороший рассказчик.

— О, мы совсем не избалованы хорошими рассказчиками, к тому же я уверена, что ваша светлость наговаривает на себя!

— Но…

— Ой, какая досада!

— Что случилось? — встревожился принц.

— Я совсем забыла, у меня есть неотложные дела, но вы непременно должны рассказать все Агнессе, а она потом расскажет мне.

— Но удобно ли…

— Удобно, ваша светлость, она же вам почти сестра! Все, я убегаю!

Ошеломленный натиском Ульрих остался один на один с княгиней и лишь хлопал в недоумении глазами. Видя его замешательство, Агнесса мягко улыбнулась и попросила мелодичным голосом:

— Дорогой брат, расскажите мне об Италии.

— С восторгом, — пролепетал принц. — Вы позволите предложить вам руку?

— Более того, я настаиваю на этом! — с самым серьезным видом отвечала она.

Катарина фон Нойбек осторожно выглянула из-за угла и, увидев, что принц и княгиня идут под руку с удовлетворением вздохнула. "Эта семейка меня доконает!" – подумала она про себя и решительно направилась в сторону отведенных им покоев.

Впрочем, совершающих променад молодых людей видела не только она. Герцогиня Клара Мария, стоящая у окна тоже заметила эту странную парочку и удостоила самого пристального взгляда. Пошевелив губами, как будто что-то пережевывая, она какое-то время рассматривала их, затем услышала шум и, обернувшись, спросила:

— Что там еще?

— Ее королевское высочество просит вас принять ее, — ответила камеристка. — Вы позволите нам с Марией удалиться?

— Хорошо, Марта, ты можешь увести дочь, однако сама будь неподалеку. Полагаю, мне надо будет продиктовать несколько писем после разговора с невесткой.

— Как прикажет ваша светлость.

Камеристка сделала книксен и собиралась выйти, но герцогиня окликнула ее:

— Марта…

— Да, госпожа герцогиня.

— Девочка моя, я хочу, чтобы ты знала… я люблю всех своих внуков, хотя и не всех могу так назвать.

— Вы так добры.

— Вовсе нет, моя дорогая, однако я намерена всем им устроить будущее. Помни об этом, а теперь ступай.

Едва она вышла, как дверь в комнату отворилась и в нее зашла Катарина Шведская в сопровождении двух дам.

— Вы позволите, матушка? — ровным голосом осведомилась она.

— Сделайте одолжение, ваше королевское высочество, — с достоинством отвечала ей свекровь. — Я всегда рада видеть вас и своих внуков.

— По нашему последнему разговору этого не скажешь.

— Простите, милочка, но я уже стара и у меня осталось мало времени. Именно поэтому я частенько говорю людям то, что думаю, а не то, что они хотят слышать. Это привилегия старости.

— Однако вы обвинили меня…

— В неисполнении супружеских обязанностей?

— Матушка, я бы попросила!

— Дорогая моя, а нет ли у вас поручений для ваших дам? — прервала возмущение невестки герцогиня.

Катарина обернулась к своим приближенным и выразительно посмотрела на дверь. Дождавшись, когда они, сделав реверансы, выйдут, Клара Мария продолжила:

— Садитесь рядом, ваше королевское высочество, и извольте выслушать все, что я вам скажу. Когда ваш покойный батюшка, король Карл, пожелал выдать вас замуж за моего сына, это был, давайте говорить прямо, мезальянс! Вы – королевская дочь, а Иоганн Альбрехт всего лишь мелкий германский князь, каких в Империи хоть пруд пруди. Разумеется, он оказал немалые услуги вашему царственному отцу, но никто не мог ожидать, что награда окажется столь велика. Однако с той поры ситуация очень изменилась. После смерти моих несчастных племянников, мой сын унаследовал их земли, и теперь вы герцогиня не в маленьком и бедном Стрелице, а в больших и богатых Шверине и Гюстрове.

— Я не бесприданница, — попробовала возразить Катарина.

— Более того, Иоганн Альбрехт был выбран на престол хоть и далекой, но обширной страны, — продолжала Клара Мария ледяным тоном. — Так что ваш долг, сударыня, быть рядом с мужем! И я не вижу ни одного обстоятельства, которое могло бы вас извинить.

— Боюсь, ваши упреки несправедливы, матушка. Мой муж сам покинул меня, оправившись на войну, с которой так и не вернулся.

— Какой вздор! На эту войну его отправил ваш брат, король Густав Адольф.

— Да, он счел, что таланты вашего сына помогут получить этот престол моему несчастному брату, однако никто не ожидал, что Иоганн Альбрехт сам усядется на московский трон.