Дэвид Льюис - Дитя мое

В гараж вбежала Натти. В руке она сжимала его бумажник, извлеченный из письменного стола.

– Быстрее! – воскликнула она.

– Эй! У нас в морозильнике полно мороженого.

Натти еще больше разнервничалась.

– Это особенное мороженое!

Джек вздохнул. Мороженое всегда вкуснее по другую сторону забора. Он выудил из бумажника десятку. Джек уже хотел порыться и найти вместо нее пятерку, когда Натти, подлетев, схватила банкноту.

– Спасибо, папа!

– Сдачу верни, – крикнул он ей в спину, но в ответ услышал лишь смех.

«Она в порядке, – вспоминая вчерашний ужин, подумал он. – Ну и слава богу».

Днем Джек отправил Анджеле эсэмэску, но женщина не ответила. Он отправил еще одну вечером. С тем же результатом.

На следующий день он позвонил Анджеле, однако та не взяла трубку. После второй попытки Джек оставил голосовое сообщение: «Мне очень понравился ужин с тобой, Анджела. Желаю, чтобы неделя для тебя прошла успешно».

Позвонила Сан. Обуздав свой вспыльчивый нрав, она вполне вежливо поинтересовалась у Джека, как у него дела с Анджелой.

– Нельзя, чтобы Натти имела над тобой такую власть, – сказала сестра. – Это ты должен контролировать ситуацию.

– Дело не в Натти…

– Ладно… тогда тебе следует поговорить с Лаурой и прояснить отношения с ней.

«Как бы не так», – подумал Джек, страшась самой мысли, что придется ссориться с Лаурой из-за глупой фантазии Анджелы, будто бы она испытывает какие-то романтические чувства к своему работодателю.

– Анджела Вальберг не вечно будет тебя дожидаться, – завершила Сан свои увещевания, явно недовольная излишним безволием Джека. – Я все сказала. Пока.

Почувствовав большое облегчение, Джек попрощался с сестрой и закончил на этом разговор.

Он направился к задней двери. Лауру он обнаружил сидящей на веранде на деревянных качелях, рассчитанных на двоих. Женщина медленно раскачивалась. Качели скрипели в такт ее движениям. Джек стоял тихо, любуясь закатом.

Лаура казалась такой же задумчивой, как он сам. Временами, в конце рабочего дня, она вместо того, чтобы ехать сразу домой, садилась на качели и наблюдала оттуда за игрой Натти на заднем дворике или любовалась густо поросшими деревьями окрестностями.

Лучшего дома для Натти он все равно найти не смог бы. Джек был благодарен брату за то, что тот подыскал жилище в настолько живописной местности. Двухэтажная новостройка располагалась в дальнем конце улицы. Неподалеку раскинулась небольшая рощица кленов, дубов и вязов. А еще рядом с домом росло одно-единственное кизиловое дерево. Осенью игра красок просто поражала.

Лаура улыбнулась.

– Умиротворяющий вечер, – произнесла она.

– Хочешь чего-нибудь прохладительного? – предложил Джек.

Она бросила на него лукавый взгляд.

– Это моя работа.

– Нет, давай я принесу.

Лаура согласилась и попросила луговой чай, который часто заваривала сама. В кувшине еще оставалось немного. Джек плеснул чая в стакан поверх кубиков льда. В вакуумном контейнере мужчина нашел лимон, отрезал дольку и водрузил ее на ободок стакана.

Вернувшись на веранду, он протянул женщине чай со льдом.

– Спасибо, Джек. Думаю, что с этими свиданиями и впрямь надо повременить. – Внезапно покраснев, она добавила: – Извините… это не мое дело…

Джек отмахнулся.

– А где твой стакан? – спросила она.

– Что-то не хочется.

Сев рядом, он вдохнул полной грудью приятный аромат запоздавшей сирени, кусты которой росли за забором, а также запах свежескошенной травы. Ветер звенел китайскими колокольчиками [35], свешивающимися с кровельного желоба. Звуки были необычно приятными, успокаивающими.

Запах сирени мог вознести его на ароматические небеса. То же самое можно было сказать и о Лауре.

– Сирень – мой любимый цветок.

Женщина принялась описывать сиреневые кусты, росшие у дома ее родителей в округе Ланкастер. В детстве Лаура имела привычку каждый день срезать веточку сирени и ставить ее в вазу в маминой комнате.

– Одно из моих самых приятных воспоминаний.

Джека удивило, что Лаура так откровенно рассказывает о своем детстве. За одним рассказом последовал другой. Вскоре Лаура поведала ему, как мальчик в первый раз подарил ей цветы.

– Мальчик или кавалер? – беззаботно осведомился Джек.

Лаура умолкла. Он испугался, решив, что смутил ее своим вопросом.

Позже, когда тишина стала невыносимой, Джек сказал:

– Надо будет и нам посадить сирень.

– Я бы с радостью, – тихо произнесла Лаура.