Дэвид Льюис - Дитя мое

– А что случилось? – поинтересовался Джек, но ничего конкретного не узнал, так как брат не желал лезть в чужие дела.

Лаура прекрасно поладила с Натти, и этого вполне хватало. Джек, впрочем, придерживался того же мнения, что и старший брат. По прошествии стольких лет он так и не удосужился побольше узнать о молодой женщине, ведущей его домашнее хозяйство и с таким пониманием и любовью заботящейся о нуждах Натти.

К сожалению, туманное прошлое Лауры и ее изгнание из общины старого обряда вызывали нешуточное любопытство у Сан. Сестру Джека словно магнитом притягивало ко всему таинственному, имеющему отношение к чьей-нибудь семейной драме.

«Наша сестренка любит дразнить медведя лишь для того, чтобы услышать его рычание», – как-то пошутил на ее счет Дэнни.

– Конечно, ее изгнали, но амишем она от этого быть не перестала, – выразила свое мнение Сан. – Не похоже, чтобы она превратилась в обычную американку.

– Она член общины бичи-амишей, – пояснил Джек.

– Какая разница? – подняв глаза к небу, произнесла сестра. – Почему она не покается в своих грехах и не вернется?

«Я рад, что она не кается», – подумал Джек.

В противном случае Лаура давно бы воссоединилась со своей общиной, а им пришлось бы обходиться без ее услуг. Конечно, это было эгоистично с его стороны, но неразрешенные проблемы Лауры в отношениях с родней благотворно отражались на нем и Натти. В конце концов, какое кому дело? Джек уже не мог представить себе жизнь без Лауры. Что же до изгнания, то амиши могут выгнать человека из общины за самые нелепые проступки, например за шляпу с узкими полями, мобильный телефон либо запрещенную учетную запись в «Фейсбуке».

Какие бы тайны ни скрывала Лаура, ее поведение совсем не соответствовало тому, чего ожидаешь от изгнанного из религиозной общины человека. Для того чтобы тебя изгнали, ты должен быть бунтовщиком, а Лаура Маст отличалась мягкостью характера и смирением.

Джек стоял, прислонившись к перилам ограждения. Лаура подняла взгляд.

– Привет! Wie geht’s? [11]

Джек поблагодарил ее за завтрак, и Лаура просияла.

Натти вскочила с места.

– Дядя Джек! Лаура ведет меня гулять в парк!

Дядя притворился, что огорчен.

– Опять?

– Да! – пронзительно вскрикнула девочка. – Опять! Опять! Опять! Я буду ходить в парк до тех пор, пока не постарею и не поседею, как ты!

Плотнее запахнув халат, Джек присоединился к компании, решив выпить еще одну чашку кофе.

Составляющая очередной список Натти указала ему на табурет подле себя.

– Подбери животик, дядя Джек.

Лаура отчищала рабочую поверхность плиты, время от времени вытирая пот со лба. Закончив, она отступила на шаг, уперлась руками в бока и окинула оценивающим взглядом результат своих усилий.

– Лаура сегодня в темно-синем, – заметила Натти. – Дядя Джек! Ей ведь идет темно-синий цвет?

– Не начинай, – тихо произнес ей на ухо Джек.

– Я только…

Лаура потупилась, словно разглядывала свою одежду.

– А-а-а-а… Цвет же не очень броский?

– Совсем не броский, – не сводя глаз с племянницы, ответил Джек.

– Дух захватывает! – высказала свое мнение Натти. – И-и-и… zimmlich [12]… миленько…

Лаура сказала что-то своей воспитаннице по-немецки. Джек так и не понял, что именно. Натти бегло ответила ей. Он улыбнулся. У его маленькой девочки и ее няни есть свой непонятный ему язык.

Спустя некоторое время Лаура ушла наверх собирать белье для стирки.

Вернувшись, она пробежала глазами список продуктов, которые нужно купить в магазине.

– Особые пожелания есть?

– «Поп-тартс» закончились, – сказала Натти.

– Боюсь, что три штуки в день – это далеко не здоровая диета, – возразила Лаура.

Натти обиделась.

– Слышала? – попивая кофе, произнес Джек.

– Я люблю «Поп-тартс».

Лаура положила список на стол.

– Ладно, тогда все решено.

Она вышла в общую комнату.

Натти воспользовалась этим, чтобы в очередной раз пристать к дяде:

– Я вот подумала насчет свидания с Лаурой, дядя Джек. Можно будет пригласить ее на обед в ресторан.

Свидание.

– Забудь об этом, юная леди, и держи язык за зубами, если хочешь еще когда-либо в жизни полакомиться «Поп-тартс», – быстро прошептал в ответ Джек.

Сидевшая прямо девочка надула губки, набрала побольше воздуха в легкие и с шумом выдохнула. Они не сводили друг с друга глаз. Джек поднял брови. Натти негромко фыркнула.

– Юная леди…

– Просто дышу, – обиженно заявила девочка. – Что, подышать уже нельзя?