Санта Монтефиоре - Найти тебя

Мелисса, подумав о Рафферти О’Греди, только послушно кивнула.

Тем же вечером отец Далглиеш ужинал с Арчи, Джулией и Элизабет Монтегю в столовой поместья. Добравшись на велосипеде до их дома, он, как обычно, прислонил его к стене. По традиции, в дверях его приветствовал Соумз, который, впрочем, теперь был совсем не похож на угрюмого дворецкого с сердитым взглядом, знакомого Далглиешу по предыдущим встречам. Что-то заметно изменилось в выражении его лица. Казалось, что даже его большой нос стал меньше. Поднимаясь по лестнице, священник смог разглядеть его поближе, и вот что сейчас потрясло его сильнее всего: Соумз уже больше не смотрел на свою переносицу с надменным выражением лица.

— Добрый вечер, святой отец, — произнес он, и даже его голос уже не был прежним, в нем появились какие-то мягкие гибкие нотки, как будто слова его были сделаны из резины.

— Здравствуй, Соумз, — ответил Далглиеш. — Какая приятная неожиданность, — прибавил он, имея в виду позднее приглашение к ужину.

— Да, действительно, святой отец, миссис Элизабет настаивала на том, чтобы вы пришли.

Отец Далглиеш почувствовал, как его живот тревожно напрягся. Эта властная женщина немного пугала его. Однако Соумз уже повел его в холл, и поэтому не было времени останавливаться на воспоминаниях об их ужасных встречах, состоявшихся в его доме. К удивлению Далглиеша, дверь в гостиную была открыта, и оттуда доносился смех. Он услышал голос ребенка, и его настроение поднялось. Он не мог не полюбить этого мальчугана, который без устали бегал туда-сюда по церкви каждое воскресное утро.

— А, святой отец, — сказал Арчи, вставая ему навстречу. Его лицо, в особенности веки, раскраснелось, однако он восхищенно улыбался. — Входите же!

Джулия и Элизабет сидели на огромном диване, наблюдая, как Баунси прыгает с роскошного кофейного столика на маленький диван. На нем была пижама в голубую и белую полоску, волосы расчесаны на косой пробор, пухленькое личико разрумянилось, а карие глазки светились, как две яркие искорки. Это было довольно забавное зрелище. Но больше всего Далглиеша удивила сияющая от радости Элизабет, ведь ему еще никогда не приходилось видеть на ее лице улыбку, которая оказалась неожиданно очаровательной.

— Входите же и полюбуйтесь Баунси, — произнесла она, приглашая его в комнату взмахом руки. — Мы уложили его в постель, но эта маленькая обезьянка оттуда удрала и решила немного заняться акробатикой вместо сна.

— Я так рад его видеть, — произнес отец Далглиеш.

— О, мы тоже. Для нас всегда огромная радость видеть этого драгоценного ребенка!

— Здравствуйте, отец Далглиеш, — поприветствовала его Джулия. — Малыш скоро отправится в кровать, он уже очень устал.

— Это потому, что он играл со мной весь день! — гордо воскликнула Элизабет. — Он мой маленький друг, не правда ли, Баунси? — Засмеявшись ей в ответ, мальчик пулей слетел со стола и с радостным воплем приземлился на диване. Когда он улыбался, то становился похожим на ее младшего брата.

— Как ваши дела? — спросил отец Далглиеш, садясь с кресло. Неугомонный мальчуган то и дело заслонял от него двух женщин.

— Увы, не очень, — произнес Арчи, поглаживая усы. — Можно даже сказать — плохо.

— О Боже, — произнес священник.

— У нас есть причина для беспокойства… — начал было Арчи, но остановился на полуслове.

— Мы изо всех сил стараемся изыскивать средства на содержание нашего дома, — продолжила Джулия. — Конечно же, мы не хотим продавать, но мы должны что-то предпринять, чтобы сохранить его за собой.

— О Боже, — повторил Далглиеш. — Я могу вам чем-нибудь помочь?

— Конечно же, можете! — сердечно воскликнула Элизабет. — Вы ведь сами говорите, что сила молитвы огромна. Так вот, вы можете замолвить за нас словечко. Конечно, молитвой не вернуть Монти обратно, на это было бы глупо рассчитывать. Каждый должен со смирением в сердце принять то, что с ним случилось, и продолжать жить дальше. Однако мой сын и муж перевернулись бы в гробу, узнай они, что мы тут из последних сил пытаемся удержать фамильный дом в своих руках. Да ведь это же никуда не годится! И вы — наша последняя надежда на спасение.

— Не я, а Господь, — холодно произнес отец Далглиеш, надвинув очки на нос. — Но я постараюсь сделать все от меня зависящее. Я признаю тот факт, что чудеса действительно случаются, и совершенно невероятным образом. И если Господь внимает вашим молитвам, то ждите приятных неожиданностей.