Кристина Арноти - Отличный парень

Анук опускает ноги на асфальт и потягивается.

— Спасибо, Стив. Вы лучший человек на свете.

— Это еще как сказать, — говорит Стив.

Он слегка касается губами ее губ. Это даже не поцелуй, а дань вежливости со стороны мужчины, переспавшего с женщиной, которая находится рядом с ним.

Сердце Анук наполняется тоской. Ей становится жутко от мысли, что с каждой минутой неотвратимо приближается расставание. Она идет вслед за этим высоким и стройным блондином, сумевшим остаться для нее незнакомцем. Девушка не может отвести от него взгляда. В дешевых джинсах, купленных в придорожном мотеле, в чистой цветной рубашке он кажется ей необыкновенно юным и сексуально привлекательным.

— Стив, — говорит она, — неужели вам действительно двадцать восемь лет?

— Да, — отвечает он, — а что?

— Не знаю почему, — говорит она, — но мне порой кажется, что мы с вами — родственные души…

Он притягивает ее к себе.

Они идут, обнявшись, ногу в ногу.

— Если бы не было Дороти, — говорит Анук, — я бы…

— Сейчас вы скажете очередную глупость, — прерывает ее Стив. Он поворачивается к ней лицом и долго смотрит ей в глаза.

— Ладно, говорите…

— Я… я…

— Вы ничего не знаете… — произносит с нежностью в голосе Стив.

— Я…

Стив целует ее. Его руки обнимают ее. Земля вновь уходит у нее из-под ног. Чувство защищенности…

— Пошли за вашим кофе, — говорит Стив. — У нас осталось совсем мало времени…

Они входят в кафетерий при мотеле. За стойкой — ленивый долговязый чернокожий. Он вовсе не напоминает высокого гиганта. Кажется, что его тело вытянуто в длину. Белая одежда висит на нем мешком. Картину завершает нелепый белый колпак на голове. Он смотрит на них и ждет, что они закажут. Словно заведенная машина, он протирает металлическую поверхность прилавка. С отсутствующим видом мужчина натирает до блеска нержавеющую сталь, словно на ней нанесен рисунок его судьбы. Стива словно подменили. Он переходит на свой родной язык. Здесь он чувствует себя как рыба в воде. Ведь он находится у себя дома, в своей стране, в кафетерии мотеля штата Виргиния. Он заказывает кофе на родном языке. С таким же раскованным и небрежным выражением лица, как и у его чернокожего соотечественника.

— Черный кофе с сырным пирогом… Не для меня, для моей французской подруги.

Он поворачивается к ней:

— Вы когда-нибудь уже пробовали наш сырный пирог?

— Когда? — спрашивает Анук. — Я начала этот день вместе с вами, а закончу с…

Ей плохо. Кончится день, она распрощается со Стивом, с его миром, и погрузится вновь в свое французское болото. Каждое утро светским тоном она будет здороваться с Робертом и продолжать по-прежнему лгать.

Этот молодой человек в джинсах и приталенной рубашке, с медальоном на обнаженной и гладкой груди, сегодня вечером навсегда исчезнет из ее жизни.

Не успела она оглянуться, как официант уже ставит перед ней чашку с дымящимся кофе и кусок сырного пирога.

— Попробуйте, — говорит Стив и почти с нежностью добавляет:

— Вам всегда хочется есть…

Она садится на высокий табурет. Стив присаживается рядом с ней. Долговязый чернокожий словно пребывает в прострации. Его присутствие едва заметно. Его мысли блуждают где-то далеко отсюда.

— Это единственное воспоминание, которое останется у вас обо мне? — спрашивает Анук. — Что я всегда хочу есть?

Она едва сдерживает слезы.

Стив снимает целлофановую обертку с пирога.

— Возьмите маленькую вилку… Она лежит рядом с вашей тарелкой… — добавляет он.

Анук нравится его произношение. Оно придает значение даже самым банальным словам. Ей уже недостаточно прекрасного знания английского языка. Порой ей приходится напрягать слух, чтобы понять смысл некоторых фраз.

— Вы специально говорите по-английски с таким акцентом? — спрашивает она.

— Если бы вы жили здесь… — бросает он. — Тогда бы тоже привыкли…

— Жить здесь, в Америке? — спрашивает она с неожиданным для себя волнением.

— Если бы вы жили здесь вместе с вашим супругом…

Бац. Гильотина заработала. Ее нож опустился. Голова Анук отрублена. Волосы в крови. Она вытирает лицо тыльной стороной ладони.

— Вы плачете, как маленькая девочка, — замечает Стив.

Похоже, что в глазах американца она — дорогая кукла, купленная в шикарном магазине. «Да, господин. Эта кукла плачет, смеется и ходит; она еще отвечает, если ей задают вопросы… Продукт высоких технологий…» Продавщице смертельно надоела ее работа, у нее совсем другие заботы, а этот привередливый покупатель все еще тянет с покупкой. Что еще нужно этому козлу? Чтобы эта чертова кукла показала ему свою задницу? «Нет, господин, она может только ходить вперед. Заднего хода у нее нет… Это же не автомобиль, а всего-навсего кукла». Мерзавец. У него много денег. Он слишком многого хочет от куклы. «Да, господин, подарочная упаковка. Конечно, господин, за такую цену вам не завяжут коробку простым шпагатом… У нас нет шпагата, только золотая лента. Самой разной ширины».