Гарольд Роббинс - Властелины удачи

— Это так унизительно, — всхлипнула Джо-Энн.

— Мы внесли залог, и теперь ты можешь садиться за руль, хотя водительское удостоверение возвращено тебе условно, с испытательным годовым сроком. Ты даже не знаешь, как тебе повезло. Ты могла бы разбиться насмерть. Или кого-нибудь задавить.

— Может, мне и следовало отправиться на тот свет.

— Не болтай ерунды.

— Ты говорил с Беном? — спросила Джо-Энн.

— Да.

— Он не пришел навестить меня.

— Это невозможно. Тебе разрешено видеться только с членами семьи и адвокатами. Больше ни с кем. Мы могли бы пробить ему разрешение на свидание с тобой, но ты выйдешь на свободу до того, как мы получим его.

— Все равно я не хочу, чтобы он увидел меня здесь.

— А теперь послушай меня. Я договорился с «Сансет-хиллз клиник». После освобождения я сразу отвезу тебя туда.

— Больница для алкоголиков! — в отчаянии воскликнула Джо-Энн. — Я… не хочу туда. Там такая же тюрьма.

— Если ты откажешься от лечения, отец срежет тебе пособие.

Джо-Энн зарыдала:

— Проклятое пособие! Всегда это проклятое пособие! Я должна делать все, что он говорит, чего бы это ни касалось, чтобы получать это проклятое пособие! И ты должен делать все, что он говорит, чтобы не остаться без этой чертовой работы. Ты думаешь, что не зависишь от него? Независимости у тебя не больше, чем у меня, большой брат. Нет среди нас независимых от Джонаса. И сколько я там пробуду?

— К концу месяца они определятся с курсом лечения.

Она шумно выдохнула:

— Ты пьешь. Он пьет. Почему же я должна отправляться к психам из-за того, что я тоже пью?

— Мне нет нужды это объяснять. Ты и сама все знаешь.

— А что изменится после того, как я выйду из клиники?

— Когда ты выйдешь оттуда, я возьму тебя на работу в «Корд продакшнс».

— Он тебе не разрешит.

— Я все равно возьму тебя на работу, понравится ему это или нет.

Гленда села на кровать в номере мотеля «Золотые вечера», который снял Бен Парриш. Съемочную площадку она покинула лишь полчаса тому назад и еще не успела отдышаться и смыть пот.

— Так дай мне посмотреть на твой знаменитый «агрегат».

Бен тут же расстегнул ширинку и вывалил свое хозяйство.

— О-ля-ля! — воскликнула Гленда. — Самый большой в Калифорнии, так?

Бен улыбнулся, не собираясь убирать своего красавца в штаны.

— Слушай, в Калифорнии такого конкурса не проводилось, так что полной уверенности у меня нет. Может, ты видела и побольше.

— Вроде бы нет. А ты им гордишься, не так ли?

Парриш сжал член, от чего он еще больше вытянулся, потолстел, под кожей набухли синие вены. Приподнял ладонью свободной руки.

— Девушки просят меня показать им моего молодца, даже если не хотят проверить, каков он в деле.

— И ты показываешь?

— Иногда.

Гленда начала раздеваться.

— Очень уж он здоровый.

Бен последовал ее примеру.

— Чего он не любит, так это безработицы.

— А твоя подружка заперта в психушке.

— Она просила разрешить мне навестить ее. Ей отказали, поскольку наши отношения не зарегистрированы официально. Она, конечно, рассердилась, но уже подписала бумагу, согласившись пройти курс лечения, так что выйти оттуда не может. О ней заботится Бат. А вот о тебе, похоже, нет.

— Он позвонил, когда прилетел в Лос-Анджелес, но не смог уделить мне ни часа.

Они разделись догола. Гленда села на кровать, Бен встал перед ней. Она протянула руку, коснулась его огромного члена, затем кивком предложила сесть рядом. Бен сел, начал ласкать ее груди.

— Мы хорошо проведем время, — проворковала Гленда. — Корды нам не нужны. Мы развлечемся и без них.

— Ты чертовски права. Отлично развлечемся. Корды использовали нас, и не только в постели.

— Только те женщины могут говорить, что их оттрахали, которые переспали с тобой. — Она сжала член Бена, чтобы убедиться, что он готов к работе. — Приступим. Пусть мне завидуют все женщины Калифорнии.

Он поцеловал Гленду в шею, пробежался руками по ее телу. Кивнул:

— Хорошо.

Гленда откинулась на спину, широко развела ноги. Он завис над ней, начал вводить своего гиганта, пока Гленда не застонала. Он чуть подался назад, а потом легкими толчками продолжил путь вглубь. Гленда постанывала и повизгивала, но он не успокоился, пока их животы не соприкоснулись. Он не позволял себе резких движений. Не мог позволить. И быстро кончил. Как раз к тому моменту, когда она поняла, что больше не выдержит.

— Мой Бог, Бен! — Рука Гленды нырнула между ее ног. Тело ее блестело от пота. — Как я и сказала, только после тебя женщина может утверждать, что ее оттрахали.