Ким Уилкинз - Призрак острова 

Но Магнус подготовил мне еще один сюрприз.

— Виктория, я собираюсь выпить кофе.

— Да?

— Гордон заболел, а у него сегодня ночное дежурство.

— И?

— И я бы хотел, чтобы ты заменила его.

— Но я же работала весь день.

— Сейчас иди в свою комнату и поспи несколько часов, — сказал он. — Я просто хочу быть уверен, что ты не будешь бродить по лесу всю ночь.

— Я же говорю вам, Магнус…

— Если ты уверяешь, что не виновата в этих звуках, то вот у тебя и будет хорошая возможность доказать это.

Я боролась с собой, чтобы не наговорить лишнего. Работать целый день. Не спать. А теперь еще ночное дежурство? А как же Видар? Как же его секрет? А как же горячие поцелуи, которые он обещал мне?

— Виктория?

— Я просто не смогу. Я…

— Сможешь, — наклонился он ближе, и его голос перешел на резкий шепот. — Я здесь начальник.

Я вскинула руки и сделала шаг назад.

— Прекрасно. Пошлите Гуннара разбудить меня в семь часов.

Смесь кофеина и отчаяния долго не давали мне заснуть, и я задремала только за полчаса до подъема.

Сидя за рабочим столом в комнате для контрольных исследований, я поняла, что спала всего пять часов за последние сутки.

Послышались шаги на лестнице, и я уже было подумала, что это опять Магнус. Это оказался Гуннар.

— Я принес тебе ужин, — сказал он.

— А разве уже время ужина? Я совсем потерялась во времени.

Он поставил передо мной тарелку:

— Это не положено, ты знаешь. Он не имеет права заставлять тебя работать столько часов кряду.

Я не обратила внимания на его слова.

— Возможно, это даже хорошо. По крайней мере он убедится, что это не я пугаю Марианну.

— Он идиот, — сказал Гуннар, присаживаясь на кушетку. — Марианна бредит, будто видела какого-то человечка с соломенной головой. Это явно была не ты. — Его глаза сделались хитрыми. — Или ты? Позволь мне обыскать твою комнату. Может, я найду костюм?

— Мне тоже снился человек с соломенными волосами. Помнишь?

— А ты рассказывала об этом Марианне? Вы обе из Англии, может быть, там детям рассказывают какие-нибудь сказки про этого человечка?

— Кстати, я никогда не задумывалась об этом. Хотя Марианна старше меня. Ладно, я слишком устала, чтобы сейчас думать об этом. Так зачем ты пришел?

— Принес тебе ужин. И я подумал остаться ненадолго. Составить тебе компанию.

— Это очень мило с твоей стороны, — сказала я. Но это был не Видар, и я смотрела в окно, выходившее в лес, не в состоянии отвести взгляда. Ждал ли он меня? Не решит ли он, что я передумала?

Гуннар занимал меня болтовней, пока я работала, приготовил мне кофе, однако в час ночи я отправила его спать. Он ушел, и я вышла на балкон. Немного моросило, ветер дул с северо-запада. У меня заныло сердце. Сегодня была холодная ночь, и, поежившись, я зашла в теплую комнату, закрыв за собой дверь.

Моя голова стала совсем тяжелой, и я решила прилечь на несколько минут.

Сон начал наваливаться на меня, а я попыталась проснуться, но не смогла.

Я не могла открыть глаза и пошевельнуться. Мой мозг работал, отчетливо осознавая все происходящее, но, попытавшись сесть, я ощутила, что мои конечности словно окаменели.

Только не этот ужас. Я помнила, что, принимая душ сегодня утром, сняла с себя защиту, но была настолько утомленной, что забыла надеть ее обратно. Я с силой пыталась открыть глаза, но ресницы не поднимались. И еще я ощущала, как надо мной проносились какие-то цветные тени, наполнившие комнату: синие, красные и серые. И такая странная пустота образовалась вокруг, будто нога человека не ступала здесь веками. Это было одновременно знакомое и незнакомое чувство. Мне хотелось скинуть с себя этот сонный паралич и посмотреть, что же это было на самом деле.

Я боролась с паникой, охватившей меня. Больше всего я надеялась на то, что таймер, установленный на тридцать минут, прозвенит раньше, чем появится ведьма.

Затем я услышала, как скользящим движением открылась балконная дверь.

«Проснись, проснись, проснись!» — стучало у меня в голове. Я чувствовала ее приближение, а потом ко мне вернулась возможность видеть, и я увидела руки, которые она держала за спиной, как школьница, скрывающая что-то. «Проснись, проснись!»

— Ты должна отстать от него! — прошипела она и, опустившись на четвереньки, начала в таком положении приближаться к кушетке. Ее губы не двигались, когда она говорила, а слова, которые она произносила, отдавались у меня в мозгу глухим эхом.

Я вспомнила о защите, оставленной на раковине, и сильно пожалела, что ее нет со мной.