Ким Уилкинз - Призрак острова 

Бледная полоска света показалась на небе — пора уходить.

— До вечера, — сказала я. — Я приду.

— Буду ждать тебя, — ответил он.

Нехотя я побрела к станции, надеясь подремать хотя бы пару часов перед завтраком.

Я проспала четыре часа и пропустила завтрак. Быстро проглотив тост с мармеладом и запив все горячим чаем, я появилась на рабочем месте.

— Вики? Ты опаздываешь!

Я обернулась и увидела Гуннара, направляющегося к раковине и держащего в руках четыре пустые чашки из-под кофе.

— Да. Не могла заснуть всю ночь. Задремала только около пяти. — Я показала на чашки. — Наводишь порядок в комнате?

— Да, — ответил он, ставя чашки в посудомоечную машину. — Сегодня утром ты пропустила самое интересное.

— Самое интересное?

— Марианна потеряла рассудок, — сказал он без юмора.

Я улыбнулась.

— О чем ты говоришь?

— Сейчас она ночует в комнате Магнуса. Она клянется, что слышала звуки, которые доносились из леса всю ночь. Она уверяет, что это привидения.

Я подумала о Видаре и Арваке, которые находились там.

— Может быть, это ветер воет? Или животные?

— Мне кажется, она стала чересчур впечатлительной. Не спит, а сидит у окна и смотрит. — Он сел за кухонный стол рядом со мной. — Сегодня утром она рассказала нам, что видела чудищ в лесу. У нее вид, как у умалишенной. Волосы спутались, а глаза… Говорит, что когда придет паром, она уплывает домой. Магнус выглядит опустошенным.

— Ты думаешь, он любит ее?

— Наверное, да.

Я посмотрела на часы.

— Мне пора работать. А то Магнус и так недоволен мной. — Я направилась к двери.

— Вики, — сказал он.

Я обернулась:

— Да?

— Ты сегодня здорово выглядишь.

— Спасибо, — буркнула я и выбежала из столовой.

Дождь барабанил весь день, но к вечеру прекратился, и на небе даже появились редкие звезды. После ужина я извинилась и пошла в свою комнату, затем, прихватив одеяло, юркнула в лес.

Когда я увидела Видара, он сидел верхом на лошади.

— Ты куда-то собираешься? — спросила я, бросая одеяло около костра.

— Мы собираемся, — ответил он, натягивая поводья и хлопая Арвака по шее. — Я решил показать тебе, что не нужно бояться лошадей.

— Я не умею ездить верхом на лошади.

— А тебе ничего не нужно делать. Просто садись и крепко держись за меня.

Когда я взобралась на лошадь, крепко обняла Видара и прижалась щекой к его спине, я поняла, что страх стоил этого. Видар прижал мои руки к своему животу.

— Держись очень крепко, — сказал он. — Не отпускай меня.

— Не отпущу. Никогда.

— Ты готова?

— Да.

Мы двинулись с места, и я затаила дыхание.

— Мы должны медленно выехать из леса, — сказал Видар. — А когда подъедем к берегу, то увеличим скорость.

Увеличим скорость? Мне уже сейчас казалось, что небо смешалось с землей. Я закрыла глаза и прижалась к Видару.

Так прошло несколько минут. Потом я открыла глаза и увидела, что мы буквально вырвались из лесной чащи. Море шумело около берега, и бледный полумесяц висел в небе среди серебристых облаков.

Видар наклонился вперед, что-то сказал Арваку на каком-то своем языке, и мы рванули с новой силой.

Я съежилась. Ветер гудел в ушах, а морозный воздух колол мои губы и нос. Казалось, будто земля уходит из-под нас, а потом снова возвращается. Переполненная чувствами, я открыла рот и захохотала. Видар что-то сказал мне, но я не расслышала его. И быстрый бег лошади, и холод, и море — все вместе развеселило меня.

Наконец мы начали постепенно замедлять ход.

— Сейчас мы как раз удаляемся от берега, — сказал Видар, показывая на скалы, находящиеся в четверти километра от нас. — Давай остановимся и разведем костер.

Я кивнула, хотя понимала, что он этого не видит. Арвак остановился, Видар помог мне спуститься. Он быстро набрал дров и через несколько минут развел костер. Небо опять заволакивало тучами, я смотрела на них с беспокойством. Дождь не даст огню разгореться.

— Ты выглядишь взволнованной, — сказал Видар, присаживаясь на песок рядом со мной. Арвак побрел обратно в сторону леса.

— Может начаться дождь, — сказала я.

— А может и нет. — Он улыбнулся мне, и я почувствовала, что он постепенно успокаивается в моей компании. Он вытянул руки над головой и громко вздохнул.

— Я люблю ездить верхом. Это наполняет меня первобытными чувствами.

— Первобытными?

— Да, в этом есть что-то дикое и спокойное.

— Ты считаешь, что счастье заключается в дикости и спокойствии? — спросила я.