Ким Уилкинз - Призрак острова 

Лошадь. Значит, он не уезжал отсюда, а жил в лесу все это время незамеченным.

— Когда ты объяснишь? — спросила я.

Он поднял голову — вид у него был задумчивый. В черных глазах отражался свет костра.

— Это зависит от того, что будет дальше.

Я засмеялась:

— Это глупости. Ты говоришь глупые вещи, но я с удовольствием слушаю их. Откуда у меня такое чувство, как будто я знаю тебя?

— Ты меня знаешь. Мы познакомились месяц назад.

— Нет, нет. Как будто я знала тебя намного раньше.

— Когда? — он повернулся к огню.

— Раньше… Я не знаю. — Я разглядывала его профиль. — До всего, — прошептала я, чувствуя, как время ускользает. Было неважно, что всего в двадцати минутах ходьбы светились ясные огни станции «Киркья». Рядом с Видаром я будто находилась в опьянении, ощущала невесомость и спокойствие; в этом месте вся суета мира отходила на задний план. Все тревоги, вопросы и расчеты не имели значения.

Он не ответил, а вместо этого встал на колено и подкинул сучьев в огонь. Я обратила внимание на его мускулистые плечи, выделявшиеся под красно-коричневой тканью его туники. Трепет появился у меня в груди.

— Ты принесла мне покрывала? — спросил он, не глядя на меня.

— Да, я подумала, ты можешь замерзнуть. Или промокнуть. — Я посмотрела на шкуры, служившие крышей. — Но вижу, ты обладаешь всеми навыками бойскаутов.

Он не понял:

— Каких бойскаутов?

— Прости, ты разговариваешь на таком хорошем английском, что я подумала, ты все понимаешь.

Видар сел перед костром и накинул одно из покрывал себе на колени.

— Ты побудешь здесь какое-то время, Виктория? — спросил он.

— Да, — ответила я и прилегла на бок, рассматривая пламя. — Но вечер будет тянуться долго, если ты так ничего и не расскажешь о себе.

Он медленно закивал.

— Я могу рассказать тебе немного, но есть важные вещи…

— Расскажи мне о том, где ты живешь.

— Место, где я живу, называется Старая Долина.

Наконец-то хоть что-то конкретное.

— Продолжай. Какое оно?

Видар закрыл глаза, восстанавливая в памяти образ.

— Это маленькая ферма в двух километрах от тихого залива. Среди скал, ведущих к большой земле, живут чайки. Иногда по утрам бывает очень туманно. Мой дом стоит за высоким склоном. Трава сочная и зеленая и в теплые месяцы покрывается цветами. Летом, когда дни долгие, солнце освещает холм и тени от облаков пробегают по нему. На другой стороне находится фьорд. Вокруг него растут деревья, поэтому там часто тень. Вода во фьорде темная и такая холодная, что даже захватывает дух, когда входишь в нее. Я чувствую, что он очень глубокий. Это мистическое место.

— А какой у тебя дом?

— Небольшой деревянный дом. Я сам его построил.

— Ты сам построил свой дом? Ничего себе, я даже не могу сама себе связать свитер.

— Мне нравится чем-то заниматься. Я люблю работать руками. Когда занят делом, легче думается.

Шаг за шагом он открывался для меня как человек, и в ответ мне хотелось быть такой же откровенной.

— Что ты делаешь целый день?

— У меня много дел. Нужно подправить изгородь, надоить коров, весной шить, осенью чинить, рыбачить, ходить на охоту.

— Ты живешь один?

— В округе на много километров нет ни одного соседа. Но у меня есть… подруга, которая живет со мной. Ее зовут Од.

Я затаила дыхание. Он запнулся на слове «подруга». Это бывшая любовница или бывшая жена?

— Расскажи мне о ней, — попросила я.

— Од очень красивая и очень исполнительная, но она очень грустная. Она долгое время живет вдали от дома и семьи. Я думаю, у нее есть чувства ко мне, на которые я не могу ответить… — Он наклонился вперед и поправил костер, и я почувствовала, что он смутился. — Я иногда не могу выносить ее грусти и стараюсь не видеться с ней. Я стараюсь быть с ней добрым, но иногда моя доброта ранит ее.

— Потому что она хочет большего?

— Я думаю, что если бы она вернулась домой, к людям, которых любит, она бы очень скоро забыла меня. Она молода.

— Так почему бы ей просто не вернуться домой?

Видар покачал головой.

— Это слишком трудно объяснить. — Он кивнул головой в мою сторону. — А ты? Где ты жила до своего приезда на Остров Одина?

Я долго рассказывала ему. Возможно, рассказала даже слишком много. Я поведала ему о своей квартире, рассказав даже о том, какие обои у меня в комнате, о своей лучшей подруге Саманте и о сумасшедших каникулах, которые мы однажды провели в Париже. Рассказала о нескольких годах своей тяжелой работы в кафе на Лондон Бридж, где мне приходилось льстить и не обращать внимания на грубых и неотесанных туристов. Я даже рассказала ему о Патрике и Адаме, и как я соглашалась выйти замуж за каждого из них просто потому, что все вокруг меня этого ждали.