Ким Уилкинз - Призрак острова 

— Номер три?

— Одного мы потеряли в озере в восемьдесят четвертом году, другого в контрольной комнате в девяносто втором году.

Я ужаснулась:

— Я слышала, что кто-то утонул, но чтобы здесь? В комнате для контрольных исследований? А что случилось?

— Тогда никого из нас не было здесь, поэтому я не знаю, — сказал Ёзеф.

— Может быть, у него был сердечный приступ? — предположил Алекс.

— Сомневаюсь. Ему было всего двадцать пять лет.

— Я уверен, что что-то слышал о сердечном приступе.

— Но как двадцатипятилетний человек мог умереть от сердечного приступа, Алекс?

Они спорили какое-то время, а я пыталась не вмешиваться в их разговор.

— Готов поспорить, что его задушила ведьма, — объявил Алекс в конце концов.

— Задушила? — спросил Гуннар.

— Ты же знаешь. Эта старая сука приходит сюда, если ты осмелишься заснуть в этой комнате.

Упоминание о ведьме заставило меня вздрогнуть и похолодеть.

— Да, но это же просто сонный паралич, — пробормотала я.

— Да уж, — сказал Алекс, наклоняясь вперед. — Тебя ведь она не душила, не так ли?

Моя рука инстинктивно потянулась к горлу.

— Нет, но я очень хорошо могу себе это представить.

— Сейчас я кое-что расскажу, — произнес Ёзеф, откидываясь назад и прикладываясь головой на ногу Алекса. — Вы знаете тридцатиминутный таймер?

Мы все кивнули. Он говорил о таймере, который каждые полчаса напоминал нам о том, что нужно проверить направление ветра, температуру и атмосферное давление. Он издавал отвратительные звуки на всю контрольную комнату, противные и навязчивые.

— Я установил время с самым громким звуком, так, чтобы мог проснуться, на случай, если засну и она придет. Он всегда будит меня, перед тем как она может…

— Ёзеф, ты слишком суеверен, — усмехнулся Алекс. — Это был просто сон.

— Я знаю, — сказал он.

— Самый лучший способ избавиться от ночных кошмаров — это столкнуться с ними наяву, — сказал Алекс. — Это бессознательная материя, пытающаяся привлечь твое внимание. Если бы ты спросил эту ведьму, чего она хочет, ты получил бы вполне вразумительный ответ.

— Послушайте, — сказал Гуннар. — Мы рассказываем истории о привидениях, сидя в темноте, как девочки-подростки.

— Я пойду спать, — сказала я, поднимаясь и обхватывая себя руками.

— Я провожу тебя в твою комнату, — сказал Гуннар с блеском надежды в глазах.

Этот блеск исчез, когда я оставила его за дверью, даже не поцеловав в щеку. Я села на кровать, сняла ботинки и носки, думая о том, что сказал Алекс. Сны были всего лишь бессознательной материей, которая нуждалась в сортировке. Если бы я могла поверить в это, тогда бы я поверила и в то, что Скрипи не являлся ко мне.

Одному Богу известно, существуют ли другие миры или нет.

Сейчас для меня было главнее то, чем заняться. Я больше не могла упражняться в математических расчетах. А что, если королеве скептиков провести небольшой эксперимент в качестве терапии? Никто бы не узнал об этом, кроме меня. Возможно, игнорирование снов о Скрипи сделало их более настойчивыми. В следующий раз я бы поступила, как предлагал Алекс, — попыталась бы встретиться с ним лицом к лицу.

«Сделай один шаг в сторону мистики, Вики, и она сделает шаг навстречу тебе». Это было любимое высказывание моей мамы, особенно когда я пыталась убедить ее, что сверхъестественные явления были простым совпадением.

«Мам, тебе не кажется это слишком, что во сне к тебе явилась душа Клеопатры, представившись твоим гидом, сразу после того, как ты посмотрела документальный фильм о Клеопатре?» — «Нет, совсем не кажется! Этот фильм, возможно, разбудил мое шестое чувство. Сделай один шаг в сторону мистики…» — И так далее.

Я поклялась, что встречусь лицом к лицу со Скрипи, и сразу же после этого я заснула в ту ночь. Знакомое чувство от голубого света луны появилось у меня, ледяной холод обдал лицо, и я уже не лежала в своей кровати. У меня было ощущение, что если бы я зажмурилась и очень сильно захотела, то смогла бы вернуться и заснуть в течение нескольких секунд. Но вместо этого я набралась храбрости и открыла глаза. Я стояла около своей кабины прямо под окном своей комнаты и смотрела в сторону леса. Лунный свет окутывал меня, а облака висели прямо над головой. Мне было очень холодно и страшно, но я стояла на месте.

Раздался хруст под ногами.

— Кто здесь? — позвала я; тонкое эхо моего голоса прозвенело в темноте.

— На этот раз ты опять убежишь? — Раздался грустный голос, похожий на детский.