Марша Кэнхем - Опаленные страстью

Бонапарт выглянул наружу, заметил у бельведера женщину и, забыв об опасности, поспешил к ней. Эмори поклонился, когда Бонапарт промчался мимо, и последовал за ним, словно только что появился из дома, неся поднос с шампанским и двумя хрустальными бокалами.

- Моя дорогая Мэри! - воскликнул Бонапарт. - Вы не представляете, как я тревожился все это время.

Наполеон свернул на тропинку и остановился, не решаясь войти в арку бельведера. Солнце уже клонилось к закату, окрасив облака в розовый цвет. Наконец Аннели повернулась к нему. Ей показалось, что это тот же самый человек, которого она видела два дня назад на борту "Беллерофонта". Немудрено было их спутать, хотя они и отличались друг от друга. Настоящий Наполеон оказался значительно полнее. Волосы у него были реже, нос острее, а глаза как у самого дьявола - они пронзали насквозь. Казалось, в них отразились все черты его характера: хитрость, тщеславие, надменность, наглость. Они таили в себе все ужасы войны. Но когда он посмотрел на Аннели, взгляд его стал затравленным, как у человека, которого судьба уже не раз предавала.

- Кто вы? Где Мэри?

- Видимо, она занята сегодня, сир, - сказал Эмори, подойдя сзади. Он снял с подноса салфетку, под которой лежали два кремневых пистолета.

Бонапарт обернулся. Он увидел пистолеты, увидел ухмылку на напудренном лице и дальше, у дома, заметил своего кучера и трех обезоруженных телохранителей, а рядом с ними полдюжины мужчин и среди них рыжеволосого гиганта.

- Кто вы? - спросил он холодно. - Что происходит, черт возьми? Если это ограбление, то зря стараетесь, у меня ничего нет.

- Вы меня не узнаете? - Эмори поставил поднос и снял парик. - Я разочарован, сир. Ваш брат Жозеф меня сразу узнал.

- Вы?! Франческо уверял меня, что вы мертвы.

- Лучше бы ваша ищейка о себе позаботилась. Могу вам с радостью сообщить, что теперь ему до конца жизни нужна будет сиделка, чтобы кормить его с ложечки. Что же касается Жозефа... Ну.., ему не намного лучше. Он шлет вам свои поздравления, а также извинения. Пожалуй, он не сможет прийти на встречу с адмиралом Кокберном.

- Какую встречу? Кто такой Кокберн?

- Адмирал сэр Джордж Кокберн. Он и его корабль "Нортумберлэнд" ждут в Плимуте, чтобы отвезти вас в ваш новый дом на маленьком острове Святой Елены в Атлантическом океане. Слышали про такой?

Бонапарт отступил на два шага, едва не упав в розовый куст. Он повернулся, но в бельведере был только один вход и там стояла Аннели, нацелив ему в грудь пистолет.

Генерал медленно повернулся к Эмори. На его лице не было и тени страха. Глаза свирепо сверкали, рот искривился в мрачной улыбке.

- Значит, они послали своего морского ястреба, чтобы поймать орла? Забавно! - Улыбка исчезла, взгляд стал зловещим. - Зря я не позволил Кипи убить тебя.

- Мы все крепки задним умом.

К ним подошел Шеймас, потирая поцарапанные пальцы.

- У этих мерзавцев челюсти - как наковальни, но теперь все они связаны и не будут кричать, пока не сожрут кляп. Сир... - Он дотронулся до виска по привычке, хотя обращался к Эмори. - Люди пошли к лодке, скоро совсем стемнеет.

- У меня миллионы, - тихо сказал Бонапарт. - Половина богатства умерших аристократов, чем я готов поделиться с вами, Олторп. А золота и драгоценных камней столько, что они не уместятся на вашем корабле.

- У меня есть золото и драгоценности, сир. Хватит на две жизни. Кроме того, я обещал жене раз и навсегда покончить со своим темным прошлым и не хочу ее разочаровывать.

Бонапарт посмотрел на Аннели, на пистолет в ее руке. Плотно сжал губы и заложил руки за спину. Аннели могла поклясться, что он слегка кивнул, отдавая должное ее красоте и смелости.

- Я хотел бы попрощаться с моей семьей. Эмори покачал головой.

- Боюсь, это невозможно.

- Мой сын скоро приедет в Мальмезон... - Его глаза блеснули. Быть может, он сожалел об упущенных возможностях, о славе, которая могла к нему вернуться, если бы не этот новый жестокий поворот судьбы. - Пять дней, прошептал он. - Всего пять дней. Ах, ну что же... - Он посмотрел на Эмори и улыбнулся. - Вы сказали - Святая Елена? Я не бывал там, но очень надеюсь на английское гостеприимство. По крайней мере на это время.

С этими словами Бонапарт направился к реке. Шеймас и два офицера последовали за ним, держа дистанцию в несколько шагов. Аннели опустила пистолет и с облегчением вздохнула.

- Это все? Как просто! А что он имел в виду, сказав "на это время"?

Эмори вытер салфеткой пудру с лица, взял у Аннели пистолет и опустил курок.