Андреа Кейн - Кража

- И что же она о нем говорила?

- Что он ее обожает, что в нем есть обаяние, которого не встретишь в англичанах, постоянно сдержанных и сохраняющих ледяное спокойствие.

- Так он не был англичанином?

- Нет, он был откуда-то с континента.

- С континента, - повторила Ноэль, и сердце ее отчаянно забилось. - А она не говорила, из какой он страны?

-- Нет, - покачала головой Мэри.

- Подумайте, Мэри. - Ноэль сжала ее руки. - Что еще она говорила о нем? Она описывала его? Показывала какие-нибудь его подарки? Упоминала, почему он живет в Англии и что свело их вместе?

Мэри смущенно морщила лоб, пытаясь вспомнить. - Она говорила, что он очень красив и что в его внешности есть нечто экзотическое, - Мэри вдруг просияла, что-то вспомнив. - Она говорила, что только на континенте мог быть рожден мужчина столь пламенный и вместе с тем столь нежный и внимательный. А вот почему он живет в Англии или что свело их вместе... - Она пожала плечами - Об этом я ничего не знаю. Что же касается подарков, то вот... ~ Высвободив одну руку, Мэри порылась в кармане и извлекла пару изящных сережек с сапфирами. - Я хранила их у себя по просьбе леди Мэннеринг. Она боялась, что муж увидит их, если она будет хранить их в своей шкатулке с драгоценностями. Вот как я узнала, что эти сережки - подарок ее поклонника. Она осмеливалась их надевать только в те вечера, когда ее мужа не было дома и, вероятно, ее посещал этот мужчина.

Ноэль тронула пальцем сверкающие синим огнем сапфиры. Камни были небольшими, но необыкновенной огранки и в изумительно изящной оправе.

- Но я могу с уверенностью сказать, что их не было на ней в ночь, когда она умерла.

Мозг Ноэль лихорадочно работал.

- А кто-нибудь еще знает об этих сережках?

Мэри молча покачала головой.

- Я могу взять их с собой на время? Обещаю, что буду чрезвычайно осторожна.

- Мне они не нужны, - ответила Мэри невыразительным тоном. - Что мне в них, когда моей госпожи больше нет? Пожалуйста, возьмите, я не хочу их видеть.

Крепко зажав серьги в руке, Ноэль размышляла об этом неожиданном повороте дела. Наконец-то в ее руках оказалось нечто вещественное, нечто осязаемое.

- Мэри, вы не припомните, когда леди Мэннеринг получила этот подарок? спросила Ноэль в надежде установить дату покупки, чтобы сузить поле поисков.

- Думаю, месяца полтора назад. Вскоре после того, как они познакомились,

. - А леди Мэннеринг говорила вам, где они встретились впервые, или упоминала кого-нибудь, кто их познакомил? - Ноэль хотела установить связь между событиями, при которых Бариччи мог заметить леди Мэннеринг, и обстоятельствами, когда он узнал, что она владеет полотном Рембрандта.

Мэри снова нахмурилась, пытаясь сосредоточиться.

- У меня осталось смутное впечатление, что они познакомились на концерте или на балете.

- Почему вам так кажется?

- Потому что она несколько раз говорила мне, что он вращается в мире красоты, что заставляет его ценить мелодию ее души, неслышную другим.

Ноэль шумно вздохнула.

- Конечно, это вполне могло относиться и к танцам, и к музыке. - Она пытливо смотрела на Мэри. - Но с другой стороны, он мог быть связан и с миром изящных искусств.

Мэри вновь нахмурилась, чтобы понять слова гостьи.

- Искусств? Вы имеете в виду картины?

- Да, я имею в виду именно живопись. - Ноэль крепче сжала ее руку, стараясь показать, как важно, чтобы Мэри вспомнила все подробности, каждую мелочь. - Вы сказали, что поклонник леди Мэннеринг бывал здесь нечасто. Не помните, сколько именно раз, и сколько раз слуг отсылали?

Возможно, тогда нам удастся установить даты его визитов.

- Не более четырех или пяти раз. Первый раз нас отпустили на несколько дней. Потом отпускали только на ночь, Я помню, что один раз это было во вторник. Не в последний вторник, а за неделю до этого. А после этого, вероятно, в ночь ограбления. - Мэри безнадежно покачала головой, - Увы, миледи, я не помню дат его других визитов.

- Но все это длилось около двух месяцев? - Да.

- Еще один, последний вопрос, Мэри. - Ноэль так хотелось надеяться, что этот вопрос принесет желанные плоды. - До того как в ночь ограбления вы ушли из дома, не говорила ли леди Мэннеринг и не делала ли она чего-то необычного для нее? Возможно, теперь, когда вы знаете, что произошло дальше, ее слова или поведение приобрели в ваших глазах новый смысл? . Мэри медленно кивнула:

- Да, и по правде говоря, именно это не дает мне покоя. Рождает во мне чувство вины. что я до сих пор не обратилась в полицию. И все же не было ничего существенного, что я могла бы доказать. Осталось только чувство беспокойства...