Андреа Кейн - Кража

- Сэр уважая нас и ваши способности, должен все же отдан, должное и Тремлетту. Он столь же ловко управляется с женщинами, кaк и ведет расследования. - Согласен. Она может стать податливой, как воск, в его опытных руках. Поэтому я должен нанести контрудар, противопоставить ему мужчину, который мог бы поспорить с ним обаянием it привлекательностью, создать новый образ отца, которому она могла бы оказывать уважение и обрести привязанность, - Он сжал губы, и его темные глаза загорелись предвкушением триумфа. - Я знаю человека, который выполнит обе эти задачи - увлечет юную Ноэль и убедит ее в том, что се отец - отличный малый.

Бариччи подошел к своему бюро и вытащил пачку бумаги и перо.

- Я тотчас же напишу ему письмо и вызову к себе. Это восхитительный сюрприз для моей только что обретенной дочери - фантастически талантливый художник, который вызовется написать ее портрет. Какой еще дар может быть заманчивее для юной девушки, только начинающей бывать в свете? И есть ли для меня более удобный случай продемонстрировать свои благородные намерения?

На губах Уильямса зазмеилась улыбка.

- Это Сардо! - воскликнул он.

- А кто бы смог талантливее написать портрет Ноэль? - со смехом спросил Бариччи. - Если кто-нибудь и сможет соблазнить мою дочь и привлечь ее на мою сторону, так это

только ослепительный, блистательный Андре Capдо. Если он пустит в. ход свое обаяние, все усилия Тремлетта потерпят крах. Она будет принадлежать Сардо душой и телом. А, в конце концов, будет сочувствовать и помогать мне, если ей придется сделать выбор. Уильяме откашлялся, прочищая горло. Неужели вы так уверены, что леди Ноэль способна пожертвовать своей добродетелью ради мужчины? Бариччи сардонически хмыкнул:

- Уильяме, нет неприступных женщин, если их добиваться должным образом. Андре - мастер своего дела. Не многие женщины способны противостоять его магнетизму. Что же касается Ноэль, то целомудрие, как вы справедливо заметили, может породить сдержанность, но оно же порождает и уязвимость. Те двадцать минут, которые я провел с ней, убедили меня в том, что она не только нетронутое существо, но и совершенно неопытна и даже не поймет, что ее пытаются соблазнить. С довольным видом Бариччи принялся за послание.

Ее яростное чувство долга, ее неистовая верность и удержали на следующее утро Ноэль от того, чтобы не повернуться и не броситься назад, в свою комнату. В ней все дрожало, она чувствовала себя как узник, который вот-вот предстанет перед взводов солдат, готовых расстрелять его. Она понимала, что ее ждет, хотя родители еще ни о чем не знали.

Вчера вечером она сделала вид, что спит, успев натянуть ночную рубашку и прыгнуть в постель, когда к дому подъезжала коляска родителей. Грейс бросала на нее суровые взгляды, однако поклялась не выдавать ее до завтрашнего дня. Ноэль намеревалась сама рассказать родителям правду, после чего Грейс собиралась явиться в кабинет лорда Фаррингтона и доложить во всех подробностях о том, что случилось в его отсутствие.

Ноэль лежала неподвижно, закрыв глаза и боясь пошевелиться, когда мать вошла на цыпочках и коснулась ее лба своей нежной рукой. Потом Бриджит поцеловала ее в лоб и вышла. Она не открыла глаз даже тогда, когда в комнату заглянула сестра, Хлоя горела желанием услышать новости.

Но с наступлением утра настал и час расплаты. Переступив порог гостиной, Ноэль остановилась и приветливо улыбнулась Хлое, примостившейся на краю канапе и готовой броситься ей на помощь, как только возникнет необходимость. Да, она всегда могла рассчитывать на Хлою.

Сегодня все обстояло иначе. Сегодня она боялась не вызвать гнев отца, а причинить ему боль.

Ноэль тяжело вздохнула и вошла в комнату.

- Доброе утро, - произнесла она. Эрик стремительно поднял голову:

- С тобой все в порядке? - Да, папа, конечно, в порядке. Я прекрасно себя чувствую. - Она не позволила себе оттянуть неприятное объяснение и тихо добавила: - Да я и не была больна.

- Но ведь ты занемогла утром, когда мы собирались ехать в деревню. Изящный лоб Бриджит прорезала тонкая морщинка.

- Нет, мама, это не так. Я только притворилась больной. Я хотела провести этот день одна. - Ее охватило пронзительное чувство вины. - Вовсе не потому, что мне не хотелось ехать к прадедушке. Мне просто надо было в Лондон, а другого такого удобного случая мне не представилось бы; Это отвратительно - лгать вам, но ведь вы никогда бы не дали согласия на мою поездку. А я должна была... Она умолкла, подыскивая самые убедительные слова.