Андреа Кейн - Кража

- Понимаю. Вот это проблема! - Эшфорду с трудом удалось подавить приступ смеха. Он щелкнул пальцами. - Мне пришла в голову блестящая мысль. Почему бы вам не сообщить мне имя покупателя? Я бы поговорил с ним сам, И тогда мы смогли бы решить этот вопрос, не причиняя неприятностей мистеру Бариччи. Я уверен, что этот человек, кем бы он ни был, поймет меня. Леди Ноэль во что бы то ни стало хочет иметь эту картину. Именно эту.

- Я не могу этого сделать, лорд Тремлетт. Имя покупателя тоже тайна.

~ В таком случае вступите с ним в контакт сами. Я облеку свое предложение в письменную форму и покажу письмо вам, чтобы вы не сомневались в серьезности моих намерений. Я подожду, а вы запечатаете письмо, и мы отправим его с нарочным. Более того, я даже заплачу Бариччи пятьсот фунтов, если его таинственный покупатель примет мое предложение. Как вы на это посмотрите?

- Я не могу и этого сделать. - На лбу Уильямса выступили бисеринки пота.

- Ну почему же? Это делается постоянно. И называется сделкой, хорошей, выгодной сделкой.

- Мистер Бариччи ни за что этого не одобрит. Это было бы неэтично.

- Неэтично? Да вы шутите, приписывая Бариччи столь высокие чувства!

Эшфорд потер руки, готовясь пустить в ход последний, решающий аргумент:

- Вот что я скажу вам, Уильяме! В таком случае вы можете передать от меня вашему хозяину иное предложение. Скажите ему, что на этот раз он проиграл, что ему не удастся выпутаться, подставляя под удар Сардо, а я не сомневаюсь, что его намерения именно таковы. Для меня это ясно как дважды два. - И с издевательской улыбкой Эшфорд провел большим пальцем по раме картины. ~ Видите ли, я не собираюсь подыгрывать Бариччи. И я не стану срывать полотно Сардо, чтобы обнаружить под ним картину Рембрандта, которая, как мы оба прекрасно знаем, скрывается под ним. Я просто вернусь сюда завтра утром с полицией на том основании, что заподозрил вас в нечестности: вы готовы были продать мне одну картину и отказались расстаться с другой, Мистеру Бариччи же я советую приготовить все книги учета, и тогда станет ясно, какое место этика занимает в его делах. Хорошо бы представить купчие на все картины, особенно, вот на эту, И не только на покупку полотна у Сардо, но и на продажу ее тому лицу, кто якобы купил ее. А Сардо пусть заплатит по справедливости, изъяв часть суммы у своего таинственного покупателя. Но если что-нибудь с этой картиной окажется не в порядке, Бариччи поплатится головой, когда в этой раме обнаружится картина Рембрандта, а не Сардо. Передай все это своему хозяину.

Увидев белое как полотно лицо собеседника, Эшфорд приподнял шляпу и направился к двери.

- Всего хорошего, Уильяме. Увидимся завтра утром в десять.

Бариччи громко выругался и бухнул кулаком об стол с такой яростью, что все предметы с него разлетелись по комнате.

- Проклятие! - прорычал он, забегав, как зверь в клетке, по комнате. От этого настырного негодяя нельзя избавиться, как от гнусной заразы.

- Но если полиция заинтересуется нашими записями и захочет с ними ознакомиться подробнее, мы пропали. Нам надо идти на его условия.

Бариччи мрачнее тучи продолжал метаться по комнате, ища выход из западни.

- Квитанция, купчая... на приобретение картины Сардо, - бормотал он. Ее мы можем сфабриковать. Но кого назвать в качестве покупателя? - Хриплый возглас вырвался у него из глотки. ~ У нас слишком мало времени, чтобы привлечь к сотрудничеству кого-нибудь из моих деловых партнеров. Да я и не уверен, что они согласятся мне помочь, если я пригрожу обнародовать их незаконные операции. Их расследование касается не только фальшивых купчихГлавное -крупная кража, но и это не все. Убийство! Мы не сумеем до утра спрятать концы в воду.

- Тогда почему бы нам не извлечь Рембрандта из-под полотна Сардо? спросил Уильяме. - Прямо сейчас же. И спрятать краденую картину в другом месте.

- И где же? - огрызнулся Бариччи. - В холле, возле входа? Или на моем бюро, приложив к ней письменное признание в совершении кражи? - Он в ярости замотал головой: - Нет. Уильяме, Чтобы спрятать Рембрандта, нам нужна другая картина, за которой мы могли бы скрыть это полотно. И размер этого полотна должен быть таким же - четыре фута на три. А в нашей галерее ничего подобного нет. И мы не сможем заставить Сардо написать картину подходящего размера за ночь.

- Но... Бариччи решительно отмахнулся от Уильямса. Он все больше убеждался, что для него остается только один путь к спасению.

- Надо связаться с пароходством, - сказал он Уильямсу. - Сегодня ночью, мы вывезем Рембрандта из Англии,