Жаклин Рединг - Искушая судьбу

- Никак не пойму, что связывает тебя с этой кучей камней?

- Кулхевен - больше чем просто куча камней, Сайма. Неужели ты не понимаешь этого? Для меня это смысл жизни. Я обещала умирающей матери, что вернусь сюда. Это все, о чем она просила, и я должна выполнить ее просьбу.

- Ты уже нашла гобелен? - спросила Сайма.

Мара пока еще не имела времени даже вспомнить об этой части завещания матеря.

- Нет, пока что у меня не было возможности для поисков. Слишком много времени ушло на то, чтобы воскресить прошлое. На виду он нигде не висит. Мне кажется, для дальнейших поисков, чтобы не возбудить подозрений, я должна буду подождать отсутствия Сент-Обина. У меня есть такое ощущение, что, если гобелен сохранился, он должен быть где-то в этой части замка. По-видимому, все, что осталось от моей семьи, сосредоточено здесь. Как только у меня появится возможность, я пойду туда, где, по словам матеря, он должен быть. Если его там не будет, я начну искать здесь.

- Надеюсь, что его не уничтожили и не продали.

- Я не думаю, чтобы Сент-Обин стал продавать его. По-моему, он знает цену вещам и непохож на человека, легко расстающегося с тем, что ему дорого.

Сайма прищелкнула языком:

- Что ты можешь знать об этом человеке? Ты только что увидела его в первый раз. Он просто-напросто кровавый убийца, как ты и предполагала.

Мара покачала головой:

- Он совсем не такой человек, каким я его себе представляла, Сайма. Точнее, он - полная противоположность тому. Мне казалось, что он старше, гораздо старше своих двадцати трех лет и гораздо жестче.

- Что ты имеешь в виду?

- Зная, что он доверенный человек Кромвеля, я ожидала встретить человека, похожего на тех солдат, которые убили мою мать. Ведь эти люди обезглавили своего короля. Поэтому я ожидала увидеть холодного, бесчувственного человека, ненавидящего ирландцев, но он не кажется таким. Иногда, когда граф говорил об этой войне, мне казалось, что он сожалеет о ней. О своей роли в ней он почти не упоминал, сказал только, что перед тем, как поселиться в Кулхевене, занимал какой-то пост в Дублине. Но не сказал, по какой причине оставил его.

Мара замолчала, припомнив, что она увидела в глазах Адриана, когда он рассказывал о Дублине, - вспышку боли, такую острую, что у нее сжалось сердце, и такую мимолетную, что она почти забыла о ней. Интересно, что там с ним случилось?

- Ты не должна забывать, кто он такой, - сказала Сайма, обойдя ее кругом и с тревогой заглядывая в глаза. - Ты все время говоришь о том, каким хорошим кажется этот человек, а не о том, что он союзник того, кто несет ответственность за смерть твоих родителей и братьев. Да, ты единственная, кто остался из Диспенсеров. И все из-за него. Он думает, что женится на крестнице Кромвеля, девочка. Ты не должна забывать о том, что это ублюдок, грязный, лживый англичанин, такой же, как и все они.

Мара потупилась, чувствуя свою вину за то, что защищала Адриана. Сайма была права. Нельзя позволить себе забыть о том, зачем она здесь находится Не беспокойся, я никогда не буду чувствовать к этому человеку ничего, кроме ненависти.

Сайма бросила на нее взгляд, полный недоверия. И разве можно было ее в этом винить? Даже сама Мара была не слишком уверена в том, что сказала.

Ей вспомнилось, как Адриан взял ее руку и приложился к ней губами. Обычный невинный жест вежливости, но ее поразила собственная реакция на него.

Даже сейчас при воспоминании о прикосновении теплых губ к ее коже сердце забилось сильнее.

- Вся проблема теперь в том, как заставить его жениться на тебе немедленно, не дожидаясь приезда матери Арабеллы. В противном случае тебе конец.

- Если я по-прежнему буду выглядеть, как Арабелла, то он должен быть либо глупцом, либо слепым, чтобы захотеть жениться на мне.

Сайма потерла щеку, задумчиво глядя в пространство.

- По-моему, единственный выход состоит в том, чтобы его светлость лишил тебя невинности перед свидетелями, чтобы у него не осталось никакого другого выхода, кроме как поступить так, как в таком случае обязан поступить каждый джентльмен.

- Я тоже так думаю, весь вопрос в том, как это подстроить?

Сайма кончила расчесывать волосы Мары, перевязала их белой лентой и перекинула тяжелую косу через плечо.

- А это, девочка, можешь предоставить мне.

Глава 7

Адриан стоял у окна своей спальни, одетый прямо на голое тело в перетянутый поясом халат, и смотрел на ночное небо. Было очень поздно, часы, висящие рядом на стене, только что пробили три часа ночи, но он понимал, что не сможет уснуть. Теперь это уже не имело смысла. Через два часа ему все равно надо будет вставать; его верный слуга Хантингтон обычно будил его на рассвете легким прикосновением руки и подавал таз с горячей водой для умывания и бритья.