Жаклин Рединг - Искушая судьбу

В это время он должен был спать. Должен был лежать в своей теплой и удобной постели, не грезя ни о чем, кроме рыжеволосых лесных фей, плавающих перед ним нагишом. Но, как оказалось, все было не так просто.

Ему не хотелось спать, совершенно не хотелось, и, черт побери, он ничего не мог с этим поделать.

Все эти три часа он просидел в мягком и удобном кресле возле камина, читая утомительно скучную книгу, описывающую брачное поведение ланей, в двенадцатом веке привезенных в Ирландию норманнами, Но и это не смогло погрузить его в сон. Он даже попробовал приготовленный миссис Денбери чай из ромашки с мятой, но, выпив два котелка, стоял сейчас здесь. Сна не было ни в одном глазу, а в голове одна за одной мелькали неразборчивые мысли, У него уже бывали подобные, длящиеся иногда месяцами, приступы бессонницы, но они всегда бывали вызваны определенными причинами. В последний раз это случилось после Дублина как результат того, что там произошло. С тех пор как он поселился в Кулхевене, со сном у него все было в порядке. Будучи человеком постоянных привычек, он всегда ложился в полночь и вставал в пять часов утра. И все же сейчас стоит здесь, будучи не в состоянии уснуть. Он напрасно пытался найти причину этой бессонницы, не желая признаться самому себе в том, что она вызвана появлением его гостьи.

По первому впечатлению Арабелла оказалась именно такой, какой он ее себе представлял. Если не принимать во внимание строгую прическу и эти раздражающе нелепые очки, она была хорошенькой, даже почти красивой.

А это чопорное одеяние? Оно было ей совершенно не к лицу. Ему всегда казалось, что женщины предпочитают одежду ярких цветов, со всякими кружевами, лентами и бантами, но, по-видимому, Арабелла была исключением. Да это и не имело никакого значения.

Если бы даже она оказалась гренадером в юбке, с пробивающимися на верхней губе усами, он все равно просил бы ее руки.

У него не было иного выбора.

Судя по платью, ее, скорее всего, должно бросить в дрожь при виде обнаженного мужского тела. Его тела.

До этого ни одна из женщин, которых он познал в своей жизни, не выказала ни малейшего неудовольствия.

Мысль о том, что ему придется провести остаток жизни бок о бок с женой, страдающей от присутствия мужа в своей постели, подчиняющейся ему только из-за того, что так положено порядочным женам, делала нерадостной перспективу брачной ночи. Он вдруг ясно представил себе, как она сидит на кровати, дрожащими руками пытаясь прикрыться покрывалом, а он, зверь, голый зверь, приходит и требует...

Лучшего способа, чтобы убить мужское желание, не придумаешь. Если и бывают женщины, лишенные полового влечения, то, похоже, что он женится именно на такой.

За этот поступок его следовало бы посвятить в рыцари Адриан слышал о людях, жертвующих своей жизнью ради короля и страны, и подумал, не стоит ли его брак с мисс Арабеллой Вентворт квалифицировать подобным же образом. Внезапно он услышал какой-то шум и, повернувшись, увидел, как в комнату, шаркая ногами и протирая глаза, вошел его лакей.

- Вы уже проснулись, милорд?

- Похоже на то, Хантинггон.

Этот человек, обладающий необычной для его сорока лет мудростью, сопутствовал Адриану с тех пор, как тот в свои пятнадцать лет унаследовал графский титул.

Он следовал за Адрианом повсюду и постепенно стал незаменим не только из-за оказываемых им неоценимых услуг, но и благодаря своим безошибочным советам, которые сейчас вновь понадобятся графу.

- Не принести ли вам немного бренди, милорд?

Адриан улыбнулся:

- Не надо, Хантингтон. Сегодня, вероятно, мне придется весь день провести на ногах, и вряд ли бренди поможет мне в этом.

- Опять бессонница, милорд?

- Да. Я уже было думал, что она совсем оставила меня. Ведь почти год...

- - Может быть, предсвадебное волнение, милорд?

Хантингтон всегда отличался оригинальностью выражений и умением вовремя сменить тему разговора.

- Полагаю, вы уже видели мисс Вентворт?

Прежде чем ответить, Хантингтон помедлил.

- Мне кажется, что она прекрасно справится с ролью хозяйки дома, милорд. Вполне подходит для этого.

Если и существовал человек, который в каждом умел найти нечто ценное, так это был именно Хантингтон.

- То есть вы, со свойственной вам деликатностью, хотите сказать, что мне не придется беспокоиться о том, что мисс Вентворт подобно моей матери заведет себе любовника?

Хантингтон согласно кивнул:

- Совершенно верно, милорд.

- Я всегда говорил, что если когда-либо и женюсь, то возьму жену, которая, не в пример моей матери, не будет привлекать к себе внимания своей красотой. От красоты одно только беспокойство, не так ли, Хантингтон?