Лавейл Спенсер - Прощение

- Конечно. Почему нет? Если им не терпится потратить свои деньги, пускай тратят. Но помни одно: хочешь, чтобы женились на тебе, держи ухо востро и не разрешай лишнего...

***

Дела с выпуском газеты шли в гору. Она уже выходила дважды в неделю на четырех страницах. (В последнем выпуске сообщалось, что здание редакции единственное оштукатуренное помещение в Дедвуде.)

В одном из многочисленных мелких ущелий была обнаружена богатейшая кварцевая жила, но владельцы ее, за отсутствием специальных мельниц, толкли руду ручным способом в ступах и потом занимались промывкой из нее драгоценного металла. Работы шли в основном под землей, и компания Пирс, которая вела их, получала на этом до четырехсот долларов за сутки, в то время как открытые разработки приостановились до весны из-за холодов и снежных заносов.

Телеграф уже работал в двадцати пяти милях от Дедвуда, а на следующей неделе столбы должны были дошагать и до самого города. Это долгожданное событие собирались отпраздновать грандиозным торжеством в Центральной гостинице.

Весь район Блэк-Хиллз уже был занесен на карту большого масштаба, которую все лето готовил известный городской инженер, мистер Джордж Хенкел, и теперь он намеревался опубликовать ее.

Награда в двести долларов была обещана тому, кто окажет содействие в задержании и аресте грабителей дилижансов на дороге из Шайенна. Награду назначили сам губернатор Вайоминга Тейер и несколько должностных лиц из графства.

Элиас Пинкни пожертвовал деньги на покупку земельного участка под школу и церковь, а сбор средств на постройку самого здания должен был начаться четвертого декабря. Как только телеграфная связь с Дедвудом установится, в газеты более крупных городов будут направлены объявления о том, что сюда требуется к началу учебного года школьный учитель...

Холодным днем, в конце ноября, Сара сидела у себя в конторе за типографскими оттисками. На другом конце помещения в пузатой железной печке пылал яркий огонь, который вместе со светом зажженных ламп весело отражался чистыми белыми стенами. За рабочим столом Патрик учил Джоша основам наборного ремесла. В комнате стоял приятный смешанный запах типографской краски и сосновых дров. Негромкие мужские голоса, клацанье наборных досок, треск поленьев в печке...

Отворилась дверь, Сара повернулась на своем крутящемся стуле.

Вошедший мужчина остановился и с улыбкой посмотрел на нее. На нем была бобровая шапка, темное клетчатое шерстяное пальто с пристяжным капюшоном.

Сара сняла очки, чтобы на расстоянии получше разглядеть вошедшего.

- Здравствуй, Сара.

- Боже мой! Роберт!

У нее екнуло сердце, когда она соскочила со стула и бросилась на середину комнаты, чтобы обнять его.

За все годы ее знакомства с Робертом Бейсинджером они никогда не заходили дальше формального рукопожатия, но его внезапное появление нарушило все правила приличия для них обоих. Он крепко сжал ее в объятиях.

- Зачем ты здесь?! Почему приехал?

- Я получил твое письмо.

Теперь он держал ее за обе руки, они стояли, словно изучая друг друга.

- Как я рада тебя видеть!

С той самой поры когда Роберт совсем еще мальчиком впервые переступил порог их дома, он понравился Саре. Но внимание его было обращено исключительно на Адди. Только на нее.

- Я тоже рад нашей встрече, - сказал он. - Ты прекрасно выглядишь.

- А уж ты...

Она никогда раньше не видела на нем такой великолепной одежды. Он отрастил усы и бороду - то, что многим мужчинам так не идет и выглядит неестественно. Но на лице Роберта они были вполне на своем месте, и Сара сразу одобрила их.

- Как я мечтала увидеть кого-то из наших мест! - воскликнула она. - И вот он здесь. Вошел в дверь, словно для этого нужно было всего-навсего перейти через улицу!

- Поверь, я пересек немножко больше, чем одну улицу. - Оба рассмеялись. Он отпустил руки Сары. - Можем мы где-нибудь поговорить с глазу на глаз? спросил он вполголоса.

- О Боже, конечно... В пансионе миссис Раундтри, где я сейчас живу. Днем там никого нет в гостиной. Но сначала я хочу познакомить тебя с моими друзьями... - Она подвела его к Патрику и Джошу, которые уже некоторое время поедали их глазами. - Это мой старый друг из Сент-Луиса, откуда он только что прибыл... Роберт Бейсинджер.

Последовали рукопожатия, в процессе которых Сара объясняла, кто есть кто. Затем надела пальто, натянула на голову простенькую шерстяную шляпку, завязала ее под подбородком.

- Я ухожу, - объявила она. - Если не вернусь до вечера, сами заприте редакцию.