Кэтлин Уинзор - Любовники

Джасинта подняла на Шерри глаза, полные тревоги и замешательства.

— Как ? — срывающимся голосом прошептала она, преодолела разделяющие их несколько футов и теперь оказалась лицом к лицу с Шерри. Та взяла руку дочери и крепко сжала ее.

— Несомненно, он считает, что мы уже расстались. Возможно, всякий раз он смеется, когда думает о нас (если он вообще о нас думает), и он радуется мысли, что мы ненавидим друг друга из-за него. — Сейчас Шерри говорила быстрым и бодрым тоном, отчасти напоминая собой генерала, отдающего перед боем последние приказания своим войскам. Она держалась уверенно и решительно. — Его ведь уже одолевали прежде, но, как тебе известно, не силой, а хитростью. И мы должны быть умнее его.

— Но как? Как мы сможем оказаться умнее?

Шерри мягко отпустила ее руку, отвернулась, а затем начала мерить шагами комнату.

— Ну, пока не знаю точно. Пока самое большее, на что мы можем надеяться, это оставаться все время вместе, хотя он считает, что мы испытываем ненависть от одного только вида друг друга. И не надо забывать, что он совершенно непредсказуем. Появляется тогда и в таком месте, когда и где ты меньше всего ожидаешь его увидеть… И не приходит, когда ты страстно ждешь его. А мы не будем ждать, не будем хандрить, оставаться ко всему безучастными, не будем ссориться друг с другом, а станем постоянно чем-нибудь заниматься. Тут есть чем заняться. Мы можем начать собирать гербарий, будем ходить за покупками, рисовать индейцев. Мы раздобудем арфу… Кстати, здесь великое множество всяких музыкальных инструментов, а музыкальные инструменты — из множества вещей, знаешь ли, которые нравятся ему . Мы станем играть на них и петь дуэтом. И все время будем чем-нибудь заняты…

— Да, конечно! — пылко согласилась Джасинта. — Мы постоянно станем что-нибудь делать! И все время будем заняты… так что он изумится! Давай начнем прямо сейчас! Начнем заниматься каким-нибудь делом, отыщем для себя новые интересные увлечения! Давай не будем терять ни минуты! Ты готова?

Мать с дочерью быстро подошли к зеркалу и оценивающе всмотрелись в свое отражение. Одновременно подняли руки, чтобы поправить шляпки, затем оправили плотно обтягивающие корсажи, чтобы не осталось ни одной складочки, потом начали поворачиваться то в одну, то в другую сторону, пристально изучая увиденное, чтобы в их внешности не осталось ни единого изъяна. Женщины взялись за руки и с веселым смехом, словно две пестрые птички, выпорхнули из комнаты, шурша бесчисленными юбками и напустив на себя самый наивный и невинный вид. Наверное, так радуются дети, когда родители вывозят их с собой на пикник.

Они устремились по коридору и спустя некоторое время вышли из здания через боковую дверь — как вчерашним днем. Затем, чуть приподняв длинные юбки, весело побежали по широкому лугу. Их роскошные платья прекрасно гармонировали с луговыми цветами, сверкающими разноцветьем в густой зеленой траве, — зеленое в черную полоску платье Джасинты и красное шерстяное платье Шерри с каскадами оборок из черных кружев. Женщины бежали и бежали, иногда поглядывая друг на друга, заливаясь звонким пронзительным смехом, и так продолжалось до тех пор, пока они не завернули за угол здания, очутившись перед длинной вереницей экипажей, запряженных лошадьми. Не раздумывая, вскочили в первый попавшийся экипаж.

— Поехали куда-нибудь! — звонко приказала Шерри. — Да поживей!

И — новый приступ веселого смеха. Возница изо всех сил вытянул лошадей кнутом, и экипаж резко тронулся с места. Они опять неслись вперед, минуя глубокие ямы, из которых валил густой пар; пролетали поля, усеянные цветами; проезжали через восхитительные тенистые рощи, двигались по узким лесным тропинкам. Вдалеке наши путешественники заметили неподвижно стоящего буйвола. Женщины испуганно посмотрели друг на друга, но в следующую секунду увидели, что буйвол заметил экипаж и, по всей вероятности, тоже испугавшись неведомого зверя, мгновенно исчез в густых зарослях. Потом им встретились обнаженные до пояса индейцы, гарцевавшие на пони. Шерри с Джасинтой ликующе смеялись. Экипаж беспрестанно трясло на ухабах, но молодые пассажирки то и дело радостно обращали внимание друг друга на невиданные красоты этой необычной местности, словно проезжали по ней впервые.

Впрочем, веселье Джасинты омрачила одна мысль, неожиданно пришедшая ей в голову. Как Джасинта ни старалась избавиться от нее, она назойливо возникала снова и снова, требуя ответа. Ответа во что бы то ни стало. Ведь как ни откладывала Джасинта свой вопрос, больше на это у нее просто не оставалось сил. И, повернувшись к Шерри, она посмотрела на ее свежее сияющее лицо, чистую белую безупречную кожу, совершенно не обгорающую под сильными солнечными лучами и выглядящую просто восхитительно. Да, Шерри была поразительно красива и полна жизненной энергии.