Джонатан Келлерман - Дочь убийцы

– Заполнить анкету, отправить табель успеваемости и результаты теста на проверку академических способностей, пройти собеседование.

До смешного просто.

– Остается вопрос денег, – сказала Грейс.

– Опять ты о нахлебничестве? Выбрось из головы, – велел Блюстоун.

Блейдс не ответила.

– Может, будем решать проблемы по мере их поступления? – предложила Софи.

– Хорошо, – согласилась Блейдс. – Спасибо, что все узнали заранее. Могу я подумать пару дней?

– Я и не ждал от тебя ничего, кроме серьезных размышлений, – сказал Малкольм.

Грейс доела яйцо всмятку.

Она выдержит паузу. Попросит третий день, притворяясь, что серьезно размышляет.

Хотя на самом деле она уже приняла решение.

Грейс остановилась в Монтерее, нашла непритязательный рыбный ресторан и в окружении семей и пожилых пар подкрепилась лососем на гриле с гарниром из жареной картошки и чашкой крепкого кофе. Через тридцать пять минут она вновь выехала на шоссе, свежая и целеустремленная.

Копов видно не было, и Блейдс поехала быстрее.

В Беркли Грейс приехала около девяти вечера – тут ее ждали чистое звездное небо и оживленные улицы. Приятно возвращаться в знакомые места, хотя она не была здесь несколько лет. Но когда ей было чуть за двадцать, Блейдс приезжала сюда довольно часто – представляла статьи, написанные в соавторстве с Малкольмом, на всяких симпозиумах.

Для него в этом не было профессиональной необходимости, и он просто следовал заведенному порядку. Грейс же радовалась совместным поездкам. Теперь она с улыбкой вспоминала обязательные банкеты. Обычно девушка стояла в сторонке с бокалом белого или красного вина в руке и наблюдала, как Блюстоун развлекает скучное сборище ученых мужей историями из жизни богатых.

Он так отличался от них – цветущее дерево среди сухостоя…

В свободное время Блейдс бродила по территории университета, всегда находя что-то интересное. Беркли повезло с топографией: вокруг холмы, поросшие деревьями и кустарником, великолепный вид на океан, залив и мост, а в центре обширная изумрудно-зеленая долина знаменитого университетского городка. Изобилие шикарных ресторанов – Шаттак-авеню прозвали «гетто гурманов». В таких районах, как Беркли-Хиллз и Клермон, можно было увидеть старые величественные здания, сохранившиеся с тех времен, когда Северная Калифорния была финансовым центром штата. Тем не менее город как будто культивировал невзрачность, подобно богатой вдове, скрывающей свой достаток.

Не помогало и обилие студентов, а также выпускников из числа хиппи, анархистов и нигилистов, оставшихся в городе. Не помогал политический климат, в котором процветали классовая зависть и политкорректность и который привлекал бездомных, не облагораживая их.

Уникальный дух Беркли лучше всего чувствовался за рулем машины. Через пять минут после въезда в город Грейс была вынуждена резко затормозить, чтобы не сбить пешехода, который выпрыгнул с тротуара прямо в вечерний поток транспорта. Совсем мальчишка, скорее всего, второкурсник, с длинными волосами, падающими на красивое, капризное лицо. Он ухмыльнулся, показал ей средний палец и прыгнул на следующий ряд автомобильного потока. Снова визг тормозов и неприличные жесты.

Через пару кварталов точно такой же маневр проделали две девушки.

Я пешеход, и поэтому я главный. Улицы принадлежат мне, и плевать я хотел на вас, «пожиратели бензина» .

В Беркли даже скромный автомобиль был политическим заявлением.

Психотерапевт разглядывала город. На главных улицах, Телеграф-авеню и Юниверсити-авеню, царило еще большее оживление. Потом Блейдс свернула в тихий район и направилась к зданию на Сентер-стрит, где много лет назад обосновались Роджер Уэттер-старший и его приемный сын.

Слишком темно, чтобы рассмотреть подробности с противоположной стороны улицы. Фасад шестиэтажного здания выходил на плоский и редкий сквер с деревьями по краям и неряшливый в центре. За лужайкой виднелась темная громадина Беркли Хай Скул.

Увидев школу, Грейс вспомнила, как Роджер Уэттер-старший нанимал юных подонков, чтобы запугивать жертв землетрясения. Может, он рекрутировал их прямо здесь?

И еще кое-что: мистер Бенн, так ловко орудовавший ножом, в то время был молод. И вполне мог участвовать в мошенничестве.

Женщина медленно ехала по улице, когда ее внимание привлекла фигура в сквере. Худой сутулый мужчина пьяно покачивался, зажав в руке какой-то предмет в бумажном пакете. Она проехала дальше, развернулась и приблизилась к зданию.