— Найдем, — пообещал Уильям.
Через полчаса колонна из четырех снегоходов с прицепами выехала из замаскированного лагеря. Давыдовский сам сидел за рулем, Марина держалась за него сзади. Ветер бил в лица, глаза прикрывали защитные очки.
— Михаил Павлович! — прошептала Марина. — Я хотела спросить…
— Никаких лишних вопросов. Я тебе уже все объяснил. Соглашаться со мной или нет — это твое право.
— Но я хотела понять…
— У тебя должно быть свое решение. Я предложил тебе варианты, окончательный выбор за тобой.
— А если по-вашему не получится?
— Значит, я плохо все рассчитал.
Ветер мел снег, засыпал следы, оставляемые колонной. Снегоходы миновали перевал. С высоты открылся вид на живописную бухту. Мрачные волны бились о ледник, сползший к самому берегу. Ветер, солнце, вода придали льдинам вид замысловатых скульптур.
— Технику укрыть! — отдал приказ Джон, как только снегоходы остановились. — Тем, кто не принимает непосредственного участия в работах, оставаться под навесом.
Люди втыкали в плотный снег стойки, растягивали маскировочные сети. На неширокое каменное плато неподалеку от воды бойцы в камуфляже выносили аппаратуру. Давыдовский мерил шагами местность, останавливался, прыскал ярко-красной краской на камни, обозначая места для закладки зарядов. Ему даже пришлось вскарабкаться на высокую скалу.
— Вы и там собрались устанавливать взрывчатку? — крикнул ему мистер Бим. — Не проще ли было бы просто сказать Уильяму? Он сам залез бы туда.
— Нет, что вы, — ответил сверху Давыдовский. — Просто хочу посмотреть отсюда на общую картину. — Ученый немного постоял на скале, а затем спустился вниз.
Подрывник бурил перфоратором камень в местах, указанных Давыдовским. Сам Михаил Павлович с Мариной стояли у ноутбука, водруженного на раскладной столик. На экране выскакивали сообщения, загружалась специальная программа по обработке данных. Мистер Бим торчал рядом.
— Вы не могли бы пояснить принцип работы этой программы? — чрезвычайно вежливо обратился он к Давыдовскому.
— Только в общих чертах. Раскрывать профессиональные секреты мне не с руки. Чем больше будете знать вы, тем меньше мы с Мариной будем стоить для вас. — Ученый усмехнулся.
— Я не настаиваю на том, чтобы знать все, — согласился мистер Бим.
— Сейчас сами увидите. Кое-что я поясню. Только не старайтесь пытаться скопировать файлы. Программа составлена так, что несанкционированное вмешательство может привести к ее самоуничтожению, — посоветовал Давыдовский. — Я вас не обманываю. Так и есть на самом деле.
— Я в курсе. Именно поэтому мои специалисты и не пытались взламывать пароли.
— Это и есть ваши специалисты? — с иронией в голосе поинтересовался Михаил Павлович, кивнув на бойцов в камуфляже.
— Вы зря иронизируете. — Мистер Бим усмехнулся. — У нашей корпорации есть специалисты по всяким видам деятельности.
Уильям подошел к Михаилу Павловичу и доложил:
— Заряды установлены, мистер Давыдовский. — Затем он перевел взгляд на мистера Бима.
— Можно начинать, — произнес Михаил Павлович и дал знак, чтобы все присели.
Теперь их закрывал от взрывов камень, за которым был установлен стол с компьютером. Через равные промежутки времени громыхнуло трижды. Давыдовский поднялся, за ним и остальные. В воздухе над плато еще висела пыль.
Мистер Бим нетерпеливо посмотрел на монитор и спросил:
— Ну и что?
— Быстро только кошки родятся, — ответил Михаил Павлович, вглядываясь в экран, где одна за другой сменялись рамки с данными.
Наконец на мониторе высветилась картинка: рельеф местности, а под ним разрез горных пород.
— Это предварительные данные, — пояснил ученый. — Они еще требуют обработки. Но кое-что можно сказать и сейчас.
— И что же именно? — нетерпеливо поинтересовался мистер Бим.
— Видите красный цвет?
— Разумеется.
— Скорость прохождения колебаний от взрыва через породы зависит от их плотности, химического состава и агрегатного состояния. Наши датчики фиксируют отраженные волны и составляют объединенную картину. Это в общих чертах. Существует еще много нюансов, о которых я не стану сейчас говорить. Я настроил приборы так, что они с максимальной чувствительностью фиксируют углеводороды в жидком состоянии.
— Это нефть?
— Я пока не даю гарантий, но с большой долей вероятности можно предположить, что на побережье и на шельфе залегают пласты нефти. К тому же не так и глубоко. Максимальное приближение к поверхности составляет чуть меньше полукилометра.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу