Clarissa Wild - Mr.X

Ее слова пронзают меня, словно лезвия.

У нее никогда не было матери. Так она сказала. Это все, что она помнит.

Я помню все по-другому.

***

Вторник, 17 октября, 1995.

Она мчится быстрее реактивной ракеты. Бежит так быстро, что я еле успеваю за ней. Порхает, словно птица в свободном небе, прыгает вверх и вниз, расправив руки, словно крылья. Носится по дому, словно сумасшедшая. Я старше, но она быстрее.

Иногда я ненавижу ее за это.

Я никогда не выиграю эту игру в догонялки. Ей каким-то образом всегда удается меня опередить. Поэтому мне не нравится эта игра. Но у меня нет выбора. Она заставляет меня играть с ней, и кто я такой, чтобы возразить? Кроме этого, мой отец скажет то же самое. Чего бы они не пожелали, они это получают.

До меня доносятся громкие голоса людей из соседней комнаты. Я не могу не слышать их, хотя мне и сказали, не вмешиваться. “Это не для детских ушей.” Вот, что они сказали. Ну, все равно. Я даже знать не хочу.

Голос ее матери слышен громче всех во всем доме. Я никогда прежде не слышал, чтобы она так грубо ругалась. Меня это не касается, поэтому я продолжаю бегать по комнатам. Мне плевать. Я все равно не слушаю. Мне нельзя.

Глазами я слежу только за ней , потому что пообещал себе, что сегодня поймаю ее. Я выиграю эту игру, и когда это случится, она будет молить меня о пощаде, потому что главным тогда буду я.

Я вылетаю из комнаты, не осмотревшись по сторонам. Я врезаюсь в ноги какой-то леди. Она кричит. Я падаю на пол, пытаясь схватить ее за ногу. Но уже слишком поздно: она поскользнулась, и покатилась вниз по лестнице. Я слышал цепочку глухих ударов.

С каждым ударом я слышал, как холодеют мои кости.

Удар. Удар. Удар. Удар. Тишина.

Время застывает. Я в шоке широко раскрываю глаза, чувствуя, как они наполняются слезами. Я поднимаюсь на ноги, и через поручень заглядываю вниз. Ее тело лежит вниз лицом, красивые темные волосы рассыпались по полу вокруг головы. Глаза устремлены на меня, но в них я вижу только пустоту. Зловещим бардовым пятном из-под нее растекается кровь.

Девочка становится рядом со мной. Ее губы дрожат, когда она смотрит вниз. Глаза наполняются слезами. Мой мозг пронзает безжалостный плач.

***

Джей

Пятница, 16 августа, 2013. Утро, 6.00.

Я кашляю, и снова чувствую жар во всем теле. О, я прекрасно знаю это чувство. Тело требует кокаина, и я ненавижу Икса за то, что он отнял у меня мою заначку. Мне нужно найти какой-нибудь наркотик. Сейчас же.

— Не надо, — произносит Икс, косясь на меня с противоположной стороны комнаты.

— Что?

— Я знаю, что тебе нужно.

— И что же? — нахмуриваюсь я.

— Наркотик.

Дерьмо. Неужели, это так очевидно? Наверное, в этот раз ломка слишком сильная. Черт возьми.

— Я больше не позволю принимать тебе эту дрянь.

Я вдыхаю.

— Что? Ты не можешь. Он нужен мне! — кричу я. Мои громкие шаги отдаются в ушах, пока я подхожу к нему.

Гордо и уверенно, он просто стоит передо мной, нагло ухмыляясь.

— Ты отвыкнешь, и тебе они больше не понадобятся.

Меня разбирает злость, и я пытаюсь оттолкнуть его, но он хватает меня за запястья.

— Посмотри, что они делают с тобой! — он наклоняется вперед. — Ты кидаешься на людей только потому, что они тебе нужны. Ты не контролируешь себя. Тебя контролирует эта дрянь. Пора это менять.

— Пошел на хер! — шиплю я. Я не хочу признавать этого, но он прав. Они нужны мне, и я ненавижу это. Но ломка — это худшее, что я могла представить.

— Первые дни будет очень сложно, но ты отвыкнешь от них.

— Я не могу, — во мне говорит отчаяние.

— Шшш, — Икс прижимает палец к моим губам. — Ты научишься жить без них. Мне нужно будет сейчас уйти, а ты отдохнешь. Поспи немного. Ты истощена, и я могу сказать, что ломка тоже берет свое.

— Я не… — начинаю я, но зев срывает с языка мои слова. На хрен все это.

Он смеется.

— Упрямство не поможет тебе, Джей. От меня ты наркотиков не получишь. Так же, как и не уйдешь из этой комнаты. Я позволю тебе выбрать: ведешь себя хорошо, и можешь ходить по комнате, сколько угодно, или терпишь наказание от своего неповиновения. Это твой выбор, но как ты уже заметила, к моей дисциплине относиться нужно со всем уважением, — он наклоняет голову. — Поспи. Поешь. Искупайся и оденься прилично. Я могу вознаградить тебя, если ты все это сделаешь, — он отпускает мое запястье, и я тут же пячусь назад. Я ненавижу его контроль надо мной, но в то же время, сон и еда звучат очень заманчиво. Он прав на счет всего, что касается моего тела. Будет лучше, если я выведу эту дрянь из своего организма. Хоть мозг и до сих пор командует мне пойти и разыскать наркотик. Это так противоречиво.