Maria Maximova - Unknown

Пальцы Макса зарылись в мои волосы, и я услышала сонно-хриплое:

— Милая.

Я совсем забыла об этом, так что добавила к своему списку. Макс называл меня милой, деткой, дорогой и малышкой.

Не говоря уже о его голосе с хрипотцой.

Услышав его, я не подняла голову, а просто оседлала его и добавила к своему исследованию руки.

Я не торопилась, и Макс позволил мне. Я переместилась к другому соску и поиграла с ним, потом провела языком вниз по его рельефному животу. В это же время мои пальцы описывали контуры его груди, потом спустились по бокам к бедрам.

Я тоже сместилась вниз, и телом, и языком. Макс раздвинул для меня ноги, и я устроилась между ними, взяла в руку его твердый член и обвела языком шелковистую головку.

— Черт, малышка, — простонал Макс, запустив пальцы мне в волосы и собрав их в кулак.

Воодушевленная, я продолжала ласкать его, потом открыла рот и взяла его внутрь так глубоко, насколько смогла, и мне понравился каждый дюйм.

Макс сильнее сжал кулак и прорычал:

— Черт.

Похоже, ему тоже понравилось.

Вбирая его глубже, я поняла, что мне нравится не только ощущать его во рту, не только его вкус. Мне нравится знать, насколько сильно ему нравится то, что я делаю, так что я выпустила его и взяла снова, и еще, и еще.

Макс запустил мне в волосы и вторую руку и резко поднял бедра вверх, почти полностью заполнив мой рот. Потом он вышел и снова вошел, раз за разом заполняя мой рот.

Это было обычно для Макса — направлять, доминировать, и это было восхитительно.

Настолько восхитительно, что я ощутила восторженный спазм и влажность между ног и застонала вокруг его члена.

Тогда Макс вышел из моего рта, отпустил мои волосы и, ухватив меня под мышки, дернул на себя. У меня даже не было возможности понять быструю смену обстановки, Макс резко сел на кровати, и я почти не заметила, как моя футболка исчезла. Потом он положил меня спиной на кровать, и мои трусики тоже исчезли. Потом он каким-то образом переместил меня, так что я почти оседлала его лицо.

— Возьми меня снова в рот, Герцогиня, — прорычал он между моих ног, прежде чем я успела примириться с новой позицией, которая при обычных обстоятельствах на такой ранней стадии отношений была бы для меня несколько пугающей. Но его слова послали вибрацию между моих ног, и мне это понравилось достаточно сильно, чтобы я забыла об испуге.

Я наклонилась вперед и сделала, как мне было сказано. В то же мгновение Макс накрыл ладонями мою попу и притянул меня вниз к своему рту. Мои коленки разъехались по бокам, и как только Макс дотронулся до меня, сама мысль об испуге осталась в прошлом.

Это было впечатляюще, настолько впечатляюще, что мне потребовались все силы, чтобы сосредоточиться и продолжать делать то, что, как я знала, ему нравилось, пока он давал мне то, что я просто обожала. Он зарычал напротив моего сладкого местечка, я застонала вокруг его члена. Мы продолжали дарить друг другу удовольствие, и это было потрясающе.

Мой оргазм приближался, я знала это, я желала этого, и поэтому стала двигаться быстрее.

Макс поднял меня и наполовину перекатил, наполовину бросил рядом с собой. Потом он открыл ящик прикроватной тумбочки и схватил презерватив. Повернувшись обратно ко мне, он взял меня за щиколотку, и я задохнулась от неожиданности и восторга, когда он потащил меня, распростертую на его кровати, к себе.

Я села, пока он разрывал упаковку презерватива и отбросил ее в сторону.

— Быстрее, — прошептала я, гладя ладонями его тело, пока он раскатывал презерватив.

— Ты получишь мой член, малышка, ложись обратно, — хрипло сказал Макс, не отрывая глаз от меня.

Я подождала и, опустив голову, стала следить за его руками. Он действительно прекрасен везде.

Прошла всего секунда, но мне уже казалось, что он действует слишком медленно.

— Быстрее, Макс.

— Ложись, Герцогиня, — прорычал Макс. — Я хочу видеть, как ты лежишь на моей кровати.

Мои глаза поднялись от его руки вверх к лицу. Я встретила его прекрасный, но голодный взгляд и резко вдохнула.

Обычно я не очень задумывалась о том, как отношусь к собственному телу. Однако я была уверена, что мне не нравится выставлять его на обозрение.

Но увидев, голод в глазах Макса, я позабыла о том, что не люблю этого.

Поэтому я прошептала: «Хорошо», — и легла на спину.

Макс навис надо мной, одной рукой опираясь на кровать, а другой держа свой член. Потом он провел головкой по влажности между моими ногами, жадно разглядывая мое лицо и тело.