Suvor - Unknown

- И почему же не закончилось?

- Потому что он сбежал. - Она встречается со мной взглядом, и я вижу свой собственный страх, отражающийся в ее глазах. Я вижу женщину, которая знает, каково жить под прицелом убийцы, не подозревая о том, когда он нажмет на курок. – Тогда-то мои кошмары начались снова.

Я встаю и достаю бутылку скотча. Приношу ее обратно и ставлю на стол между нами.

- За ночные кошмары, - предлагаю я.

- Вы не можете выпить их, Милли. Независимо от того, сколько бутылок проглотите.

- И что же Вы предлагаете мне делать?

- То же, что сделала я. Выследить монстра, который преследует Вас во снах. Разрезать на кусочки и похоронить. Тогда, и только тогда, Вы сможете спать спокойно.

- А Вы спокойно спите?

- Да. Но только потому, что решила не убегать и не прятаться. Я знала, что пока он снаружи, кружит вокруг меня, я никогда не смогу расслабиться. Поэтому охотником стала я сама. Габриэль знал, что я подвергаю себя опасности и пытался держать меня подальше от этого дела, но я должна была стать его частью. Ради собственного разума я должна была сражаться, а не прятаться за закрытыми дверями, ожидая нападения.

- И Ваш муж не пытался Вас остановить?

- О, мы не были женаты, поэтому он не мог меня остановить. – Она смеется. – Да и теперь не может. Хотя старается изо всех сил, чтобы держать меня в узде.

Я думаю о Крисе, мирно храпящем в нашей постели. О том, как он укутал меня и привез на эту ферму, чтобы сохранить мою безопасность.

- Именно это и пытается сделать мой муж.

- Держать Вас за закрытой дверью?

- Защищать меня.

- Тем не менее, Вы не чувствуете себя в безопасности. Даже шесть лет спустя.

- Я чувствую себя здесь в безопасности. По крайней мере, чувствовала. Пока Вы не принесли кошмары обратно в мою жизнь.

- Я просто выполняю свою работу, Милли. Не вините меня. Не я поместила эти кошмары в Вашу голову. Не я сделала Вас узницей.

- Я не узница.

- Да разве?

Мы разглядываем друг на друга через стол. У нее темные ясные глаза. Опасные глаза, которые видят прямо через мой череп, проникая в самые глубокие складки моего мозга, где я прячу свои тайные страхи. Я не могу отрицать ничего из того, что она сказала. Я узница. Я не просто избегаю мира, я трепещу перед ним.

- Так это не исправить, - говорит она.

Я не сразу отвечаю. Вместо этого опускаю глаза на стакан, который держу обеими руками. Я хочу сделать еще один глоток, но знаю, что он притупит страх всего на несколько часов. Это все равно что анестезия, действие которой проходит.

- Скажите, как Вам это удалось, - говорю я. – Как Вы дали отпор.

Она пожимает плечами.

- В конечном итоге, у меня не было выбора.

- Вы выбрали бороться.

- Нет, у меня действительно не было выбора. Видите ли, после того, как он сбежал из тюрьмы, я знала, что должна выследить его. Габриэль, мои коллеги, все они пытались отговорить меня, но я не могла оставаться в стороне. Я знала этого убийцу лучше, чем кто-либо другой. Я посмотрела ему в глаза и увидела зверя. Я понимала его… понимала, что его заводит, чего он жаждет, когда преследует свою добычу. Единственным способом снова спать спокойно, было выследить его. Проблема в том, что он тоже на меня охотился. Мы словно два врага, вступившие в смертельную схватку, и один из нас должен был умереть. – Она замолчала, отпила глоток скотча. – Он ударил первым.

- Что произошло?

- Меня загнали в угол, когда я меньше всего этого ожидала. Увезли в место, где никто никогда бы меня не нашел. Худшей частью стало то, что он был не один. У него появился друг.

Ее голос настолько тихий, что мне приходится наклониться, чтобы услышать ее. Снаружи, в ночном саду поют насекомые, но в моей кухне тихо, очень тихо. Я думаю обо всех моих страхах, помноженных надвое. О двух Джонни, охотящихся на меня. Я не знаю, как эта женщина может так спокойно сидеть и рассказывать мне свою историю.

- Они отвезли меня, куда им хотелось, - говорит она. – Некому было спасти меня, некому примчаться на выручку. Только я против них. – Она вздохнула и выпрямилась на стуле. – И я выиграла. И Вы тоже можете, Милли. Вы можете убить это чудовище.

- А Вы это сделали?

- С таким же успехом он мог быть мертв. Моя пуля разорвала его спинной мозг, и теперь он заперт там, откуда никогда не сможет сбежать – в собственном теле. Полностью парализован. А его друг гниет в могиле. – Ее улыбка странно контрастирует с тем, что она только что описала, но когда одерживаешь победу над чудовищами, заслуживаешь победную ухмылку. – И в ту ночь я спала лучше, чем за весь предыдущий год.