Unknown - i 77d6616899b694e2

что меч от него мы получим раньше него.

- Чистое самоубийство, - вмешался Ишикава. – Ты ведь понимаешь?

Мы добрались до поезда и прислонились к дверям, пока говорили.

Томо пожал плечами.

- Может, Такахаши удастся уговорить нарисовать его в цепях или спящим…

- А если в состоянии опьянения? – предложил Ишикава. Я вскинула брови. – Что?

Так Сусаноо победил настоящего Орочи. Напоил его и отрубил головы.

- Мило, - сказала я. – Ты такое можешь?

Томо кивнул.

- Нарисовать Орочи может лишь Такахаши, хоть я и не хочу этого, - двери поезда

открылись, мы прошли в него. – Всегда были Аматэрасу, Тсукиѐми и Сусаноо. И даже

сейчас мы не сможем это закончить без потомка Сусаноо.

- Опасно, - сказал Сатоши.

- Да, - сказал Томо. – Но это единственный возможный выбор.

Я молчала, поезд подъехал к станции, мы пересели в скоростной поезд, идущий в

Шизуоку.

Пришло сообщение от Дианы. Я сглотнула панику, надеясь, что она поверила, что я с

ночевкой у Юки. Та знала, что меня нужно прикрывать.

В сообщении говорилось: «Уехала в магазины с Канако», - с ее учительницей-

подругой. – «Юки может приходить домой, если хочет», - укол вины пронзил мое сердце,

но я не могла ничего поделать. Я набрала Юки и прижала телефон к уху. Гудки шли, я

услышала голосовую почту. Я закончила вызов.

- Звонишь тете? – спросил Томо.

Я покачала головой.

- Юки.

Ишикава слишком широко улыбнулся, переигрывая.

- Проверяешь прикрытие?

Щеки Томо порозовели, но он улыбнулся.

- Заткнись.

Ох. Отвернувшись, я снова набрала Юки. Возьми трубку и спаси от этой неловкости.

Гудок оборвался, но ответил голос парня.

- Моши мош?

Я не сразу поняла, чей голос слышу.

- Танака?

Голос зазвучал робко:

- Ох… привет, Кэти-чан. Что случилось?

- Я… почему у тебя телефон Юки?

- Ох, эм… - послышался шорох, словно он споткнулся. Вдали раздался крик ворона.

– Юки в ванной. Ты позвонила снова, и я подумал, что это срочно. Ты в порядке?

Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться.

- Порядок, - сказала я. – Перезвоню позже.

- Да, хорошо, - отозвался он. – Ага, хм… Да.

- Танака, погоди, - сказала я. И не знала, что сказать. – Можешь… побыть рядом с

Юки сегодня?

- Доушита ? – спросил он тихо и с тревогой. – Что происходит?

- Не знаю точно, - сказала я. – Но мне спокойнее, если ты будешь с Юки.

Он молчал, словно хотел задать еще вопросы, но не стал этого делать.

- Без проблем, - сказал он. – Можешь на меня рассчитывать.

- Спасибо, - я закончила разговор, не зная, что затронула. Могло всему быть

невинное объяснение. Наверное. Но не было времени думать об этом. У нас есть

проблемы серьезнее. Зная, что Юки и Дианы там не будет, я успокаивалась, хоть нас и

ждала опасность.

- У тебя все еще есть номер Такахаши? – спросил Томо.

Я сжала телефон.

- Да.

- Напиши ему, что мы встретимся в Альпах Минами.

- Где?

Томо забрал мой телефон и набрал название, после чего вернул его.

- Он поймет, где.

- Я тоже иду, - сказал Ишикава.

Томо покачал головой.

- Это слишком опасно.

- Я не боюсь этого придурка, Юуто. Я иду с тобой. И ты меня не остановишь.

Я отправила сообщение, руки дрожали.

Джун был мне другом. И я молилась, чтобы он вспомнил об этом.

* * *

Мы ехали на другом поезде из Шизуоки, домов становилось все меньше, город

оставался позади. Перед нами выросли горы, высокие, почти как Фудзи, и все были

покрыты деревьями, что весной будут зелеными. Холодный воздух гор проникал в окна.

- Альпы Минами, - сказал Томо. Это место было популярным для восхождения, как

он объяснил, но не в холодную погоду. Я знала, о чем он думает. Здесь не будет людей. Я

крепче укуталась в шарф, мы вышли из поезда и оказались среди природы.

Мы шли около получаса, пока не перестали видеть станцию, пока не осталось ничего,

кроме деревьев и угасающего солнечного света между ними. Путь меж деревьев привел к

поляне, и мы оказались вдали от всего, что знали, оказались перед Альпами Минами.

Осенние леса окружали поляну, горы тенями нависали, мир словно умирал. Летом

здесь было зелено, на ветру покачивались полевые цветы. Зима почти уничтожила все это,

холод уже пробирался в меня. Все было на грани смерти, держалось за последнюю слабую

надежду, за последнее дыхание. Всего один вдох.

Фудзи возвышалась вдалеке, как и другие острые пики, что закрывали угасающее