Unknown - i 77d6616899b694e2

добру.

- А я говорил, - сказал Ишикава, взглянув на газету. – Дела плохи. Люди начинают

видеть в Ками нечто большее, чем просто банду. Они начинают видеть в них шанс на

перемены, - он скрестил руки на груди, прижавшись затылком к спинке сидения и глядя в

потолок. – Они называют тайного лидера Сусаноо, они говорят, что он спасет Японию так

же, как когда-то Сусаноо помог остановить нападение монголов. И эта зараза станет

обожаемым правителем, как и хотел.

Раздался звонок, и женский голос зазвучал в динамиках, пока на табло мигали

оранжевые кандзи 名古屋.

- Следующая остановка – Нагоя, - сказала она бодрым тоном. – Станция Нагоя.

- Времени мало, - сказал Томо. – Нужно забрать меч и вернуться в Шизуоку.

Забрать меч? Хоть в этом и был смысл, я понятия не имела, как мы сможем забрать

оттуда меч. Было сложно пробраться к первым двум сокровищам, так разве священники

не заметят, что мы пытаемся украсть самый ценный меч в стране?

Мы пересели на местный поезд в Нагое и добрались до станции Джингу-Маэ, где

среди современных зданий расположился храм Ацута, окруженный темно-зеленой живой

изгородью, переплетенной в единую ограду.

Я вышла из здания станции, но Ишикава схватил меня за руку. Я обернулась и

увидела у него сухой зонтик.

- Вот.

- Спасибо, - сказала я, взяв зонтик. Он кивнул и открыл себе другой. Я оглянулась и

увидела, что у Томо есть свой.

- Я купил их внутри, - сказал Ишикава.

Томо похлопал его по плечу.

- Идем, - он пошел вперед, готовый столкнуться с тем, что ждало нас. Я не спешила.

- Ишикава, - сказала я. – Случившееся в Исэ. Я…

- Урусэ , - сказал он, покраснев. – Заткнись, Грин.

Я не сдавалась.

- Но я чувствую себя ужасно. Ты мерз на улице, а я… Но ты не так все понял, и мне

очень жаль, и…

- Кэти, - он назвал меня по имени, и это заставило меня замолчать. Он смотрел вслед

Томо, переходившему улицу под дождем. – Как я уже и говорил, если я не смогу быть с

ним там, ты меня заменишь, да?

Я сглотнула.

- Ладно.

- Просто… это все сложно принять. Мне станет лучше, - улыбнулся Ишикава. – Он

такой балбес, так что не думай, что тебе с ним повезло.

Я не сдержала улыбку.

- И еще кое-что, - сказал он, шагнув вперед. Дождь застучал по его зонтику. – Зови

меня Сатоши, если хочешь. Я не обижусь.

- Сатоши-кун, - попыталась я.

Он легонько стукнул меня по затылку.

- Сатоши-семпай, - исправил он. – Черт, Грин, ты или глупая, или не уважаешь

старшеклассников, - он побежал вслед за Томо. Я посмотрела на них, как они вместе шли

под дождем под одинаковыми зонтиками.

Сердце болело, но я должна была думать о том, зачем мы здесь. Чтобы у Томо,

Сатоши и меня началась нормальная жизнь, которой мы так хотели. Я шагнула под дождь.

Храм Ацута был уменьшенной версией Исэ Джингу, те же дорожки мимо садов,

хрустящий под ногами гравий, густые кедры, обвитые веревками с белыми тряпичными

оберегами. Томо перепрыгнул ограду, чтобы не проходить через врата, и мы обошли

главный храм, направившись к крупному квадратному зданию справа.

Мне приходилось бежать, чтобы не отставать.

- Ты чувствуешь сокровище?

Он покачал головой, и я заметила в его глазах тревогу.

- Я вообще ничего не чувствую, - он так отчаянно искал первые два сокровища, но

сейчас казался слишком спокойным.

- Проверим сначала здесь, - сказал Ишикава, когда мы оказались у квадратного

здания. – Это музей. Здесь хранятся древние мечи и прочая рухлядь.

Мы поднялись по ступенькам в полутьму зала. Ишикава – Сатоши – был прав.

Здание оказалось маленьким музеем с покрытыми серыми коврами стенами и предметами

древности в пластиковых и стеклянных витринах. Были здесь коробки, полные маленьких

магатама и ржавых мечей, изогнутых, словно катана в бронзовых и серебряных ножнах.

Отдельно стояла броня самурая, похожая на ту, в которой в моем сне был Джун.

- Здесь что-то есть, Юуто?

Томо покачал головой, он проходил мимо витрины с масками демонов.

- Не понимаю. Меч должен быть здесь, но… я его нигде не чувствую.

- Поищем в другом здании, - сказала я. – Может, он в главном храме.

- Нет, - сказал Томо. – Я вообще ничего не чувствую. Магатаму я ощущал еще вне

храма, как и зеркало. Словно биение сердца, словно голос ветра.

Он был прав. Я тоже слышала голоса, тихий шепот, но все же различимый. Здесь

было тихо. Ни голоса, ни шепота, ни покалывания на коже.

Томо покинул здание музея, и мы пошли за ним через сад. Дождь ручейками тек по