Unknown - i c9f346a077dd1b7f

проползти через ад.

Кингсли выгнул бедра, толкаясь в руку Сорена. Он чуть не кончил от одного

этого движения.

- Je comprends.

Сорен медленно освободил Кингсли и отдернул руку, слегка расширив глаза, как

будто в удивлении.

- Ты понимаешь меня, - сказал он. - Но я не понимаю тебя. Ты не боишься этого?

Кингсли пожал плечами.

- Я говорил тебе, я француз. Когда-нибудь читал Маркиза де Сада?

Он ухмыльнулся от уха до уха, и улыбка Сорена стала шире.

- Иногда мне кажется, что я это он. Еще я читал Макиавелли. Государь *. ( The

Prince от итал. Il Principe; также часто встречается более близкий к оригиналу, но

менее точный по смыслу перевод «Князь». Это одно из самых знаменитых

произведений мировой литературы, которое было написано Никколо Макиавелли еще

в 1513 году. Эта книга — трактат флорентийского философа, в котором цинично и

откровенно описываются правила настоящего лидера государства, методы захвата

135

Принц. Тиффани Райз.

власти, приемы правления и навыки, необходимые для эффективного правителя. )

Лучше, чтобы тебя боялись, нежели любили.

Кингсли услышал печаль в голосе Сорена, стремление к чему-то, что, по его

мнению, он не мог иметь.

- И, - продолжал Сорен, - безопаснее, чтобы тебя боялись, нежели любили. Во

всяком случае, когда дело касается меня.

Он улыбнулся почти застенчиво, и Кингсли вдруг понял, почему Сорен был

настолько холоден, настолько далек, почему он мог и действительно вселял такой

страх в сердца каждого, кто оказывался рядом с ним. Он делал это нарочно. Он делал

это, чтобы сохранить их в безопасности.

Потянувшись, Кингсли положил руки на грудь Сорена и почувствовал, как его

сердце бьется медленно, размеренно.

- Я не хочу быть в безопасности, - прошептал Кинг.

- Ты не знаешь, о чем говоришь, Кингсли.

- Я знаю точно, о чем говорю. Ты думаешь, что ты сломлен. Non, ты совершенен.

Он произнес эти слова по-французски. Гораздо проще говорить правду на родном

языке.

- Будь у тебя выбор, ты бы согласился быть таким как я?

- Я уже сделал выбор. Ты сожалеешь о том, что одинок, потому что думаешь,

будто должен держать других подальше от себя. Но это не удержит меня на

расстоянии.

- Всегда…, - Сорен снова отвел взгляд, посмотрел вверх и вздохнул. - Я всегда

хотел верить, что Бог создал меня таким по какой-то причине.

- Je suis la raison.

Я и есть эта причина.

Сорен медленно выдохнул. Он провел ладонью вверх по руке Кингсли к плечу.

Обхватив сбоку его шею, он приблизил свой рот к Кингсли. Кинг открылся поцелую,

позволив языку Сорена прикоснуться к его. Такой нежный поцелуй, такой интимный,

даже осторожный.

- Ma raison d’être, - прошептал Сорен, и Кингсли задрожал от желания.

- Ты сдерживаешься. Я чувствую это. – Кингсли проговорил слова в губы

Сорена.

136

Принц. Тиффани Райз.

- Я должен сдерживаться. По крайней мере, сейчас. Или я опять разорву тебя на

куски.

- Я хочу этого. Я хочу тебя.

Сорен оставил еще один быстрый поцелуй на губах Кингсли.

- Скоро. Я найду способ для нас быть вместе. Но я снова причиню тебе боль. Я

уверен в этом. Ты должен будешь помочь мне удержаться и не зайти слишком далеко.

Кингсли сжал рубашку Сорена обеими руками и попытался притянуть его ближе.

Два с половиной месяца порознь, он жил в агонии. Он не мог позволить Сорену уйти.

Еще нет.

- Я умолял тебя остановиться той ночью. Я говорил “стоп” и, “пожалуйста” и

“нет”, а ты продолжал. Я не хотел, чтобы ты останавливался, но я не знаю, что делать,

чтобы заставить тебя остановиться, если слово “стоп” не работает.

- Оно не сработало, потому что я знал, что ты не хотел, чтобы я останавливался.

Когда-нибудь я смог бы. Тогда говори…, - Сорен сделал паузу и оглядел коридор.

Холодные каменные стены без украшений, кроме нескольких изображений различных

святых и пап, - …милосердие.

Кингсли рассмеялся.

- Милосердие? Серьезно?

Сорен кивнул. Но он не засмеялся, даже не улыбнулся.

- Милосердие ( Mercy ). Это звучит как мерси, ты знаешь.

Mercy .На английском языке это означало акт прощения, сострадания. Merci - на

французском это “спасибо”.

- Я знаю.

Сорен одарил его такой улыбкой, от которой у него чуть не подкосились колени.

- Кто ты?

Вопрос вылетел прежде, чем Кингсли смог его остановить.

Сорен лишь посмотрел на него.

- Я имею в виду… твое имя, Сорен. Откуда оно взялось? Говорят, тебя зовут