l.melnyk - Unknown

Привет, красавица, хрипло говорит он.

Привет. Ты мужчина, которого недолюбливает дедушка. Ты заставил маму грустить.

Бен морщится.

Да, и я очень сожалею об этом, но я здесь для того, чтобы всё исправить.

Праааавда? Ты купишь ей кекс? Моя мама говорит, что кексы всегда делают плохой день лучше.

Если она позволит мне, я куплю ей столько кексов, сколько смогу, говорит Бен, глядя моей дочери в глаза и улыбаясь.

Надя, кажется, удовлетворена его ответом, потому что кивает и произносит:

Мамочка, не грусти больше. Он сейчас купит тебе кексы, хорошо?

Мне одновременно хочется и смеяться и плакать, но вместо этого я с трудом отрываю взгляд от моей дочери и смотрю на Бена, который пристально наблюдает за мной.

Кэти, я не могу ничего обещать. Я больше ничего не понимаю... Столько всего может случиться, столько всего уже случилось. Но я точно знаю, что хочу видеть вас обеих в моей жизни. Я уверен.

Я понимаю. Просто дай мне ещё один шанс. Всего один, чтобы всё исправить.

Я вижу, как внутри Бена возрождается надежда. Страх и нерешительность исчезают, расчищая путь для нашего совместного будущего.

У нас не было другого выбора, не так ли? произносит он и улыбка расцветает на его красивом лице.

Я качаю головой и улыбаюсь. Счастье взрывается внутри меня, возвращая меня снова к жизни.

Не было.

Иди сюда, говорит он, вспыхивая той самой самоуверенной улыбкой, в которую я влюбилась в нашу первую встречу.

Подходя к нему ближе с Надей, я позволяю себе в последний раз подумать о парне с сине-зелёным огоньком в глазах. Молча я благодарю его, потому что он стал причиной того, почему я стою сейчас перед Беном. Он спас меня от самой себя, и вернул мне Бена. Без его помощи и всего того, что между нами было, не думаю, что я была бы сейчас здесь. Я бы уже была мертва. Я люблю его, и всегда буду любить, потому что его внутренний огонь вернул меня к жизни. Да, он был огнём, который испепелил мой брак, но из того пепла возродилась надежда.

Он исцелил меня.

Арсен.

Эпилог

Арсен

Потеря тебя – болезнь, которую я не могу излечить, и она, чёрт возьми, убивает меня.

Чёрт.

Это снова случилось.

Я смотрю на бледно-лиловый потолок вместо привычного серого в моей спальни.

Подушка кажется слишком мягкой, чтобы быть моей, и она пахнет, как чёртов фрукт.

Почему, мать твою, мне захотелось трахнуть кого-то, кто пахнет, как фрукт? Это напоминает мне о моей бабушке.

Чувствуя тошноту, я закрываю глаза и пытаюсь вспомнить, как я оказался в этом месте.

Что я, чёрт возьми, вчера делал?

Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на ту, которую подцепил вечером.

Я огорчён…

Рядом со мной лежит блондинка, выглядящая в точности, как Кэтрин. Если я не могу получить первоклассную вещь, то могу поиметь лучшее из остального?

Я ненормальный.

Испытывая отвращение к себе, я встаю, одеваюсь и покидаю квартиру, даже не попрощавшись. Не думаю, что захочу увидеть её снова. Не захочу. И меня это устраивает.

Когда я выхожу из здания, то пытаюсь понять, где я, чёрт возьми. Я бросаю взгляд на угол улицы и читаю указатель, который сообщает мне, что я на Пятой Авеню. Ну, разве это, твою мать, не замечательно? Я, бля*ь, не в настроении, чтобы ехать всю дорогу на такси или в метро до Сохо.

С пульсирующей болью в голове я решаю отправиться на поиски ближайшего магазина. Мне нужно взять что-то болеутоляющее. Внезапно я понимаю, что уже был здесь. Здания выглядят жутко знакомыми, и чем больше я смотрю на них, тем больше воспоминаний, которые я пытался стереть, всплывают в моей голове.

Я стою через дорогу от того самого проклятого кафе и воспоминания событий тех дней обрушиваются на меня.

Я должен был отпустить её.

Когда она сказала мне, что беременна, я разозлился. С моей стороны это было мерзко, но я не знал, что думать и как реагировать. Я даже не был уверен, мой ли ребёнок, и это меня до смерти напугало. Как мы должны были растить ребёнка, когда всё только начиналось? К тому же она по-прежнему могла бросить меня и вернуться к мужу, если бы ей стало скучно со мной. Ситуация была чертовски запутанной, но мне было всё равно, так как Кэтрин была со мной, а не с тем кретином. Я просто хотел любить её, пока она была рядом, потому что это всё, что имело значение. Наше время друг с другом.

Я увидел её, я захотел её и я взял её, хоть и разрушил счастливый брак. Я увидел грусть и уязвимость в её глазах, когда сошёл с трапа самолёта, но лишь значительно позже появилось желание стать её чёртовым спасителем.