l.melnyk - Unknown

Надя, нам не нужен папа. Мы есть друг у друга, и у нас есть дедушка, и дядя Чарльз.

Но я хочу, чтобы у меня был папа. Папа Люси хороший, возражает она, начиная надувать губки на своём ангельском личике.

Но всё намного сложнее, чем просто пойти в магазин и выбрать папу, дорогая, я прикасаюсь к груди. Наши сердца выбирают того, кто может стать таким человеком. И это занимает некоторое время.

Твоё сердце выберет папу для меня?

Мне хочется сказать ей, что моё сердце уже давным-давно выбрало такого человека и до сих пор принадлежит ему, но это история, которую я расскажу ей, когда она подрастёт. Не сейчас.

Надеюсь, что да…

Я лгу. Я не хочу другого мужчину. Я не готова встречаться с другими. Иногда, посреди ночи, когда моё тело жаждет прикосновений, то лишь его я хочу. Когда я ласкаю себя, готовясь испытать оргазм, я представляю его кленово-карие глаза, смотрящие на меня, когда он занимался со мной любовью. И когда моя физическая жажда утолена, его тёплые объятья – всё, в чём я нуждаюсь.

Как я могу позволить себе ходить на свидания или встречаться с другими мужчинами, когда эмоционально не готова к этому? Это не честно по отношению к другому вовлечённому в это человеку, и если мои прошлые ошибки и научили меня чему-то, так это тому, что ни один человек не заслуживает такого предательства.

Хорошо, мамочка! соглашается Надя, не обращая внимания насколько сильно её слова потрясли меня.

Я поднимаюсь на дрожащих ногах и возвращаюсь к приготовлению кофе. Я добавляю в него немного сливок, когда Надя снова заговаривает:

Мамочка?

Я закрываю глаза, боясь её следующего вопроса.

Да, дорогая?

А мы пойдём в парк?

Вздохнув с облегчением, потому что она забыла об отцовской теме, я отпиваю кофе и отвечаю:

Да, но позже. Ты не возражаешь, если я позвоню тёте Эми и дяде Чарльзу, чтобы узнать, не хотят ли они пойти с нами?

Нет, не возражаю! Дядя Чарльз покупает мне игрушки! заявляет она, улыбаясь.

После завтрака я искупала и одела Надю в повседневную одежду. Убедившись, что она занята игрушками в своей комнате, я направляюсь принять душ и звоню Эми.

Привет, красавица, её голос звучит сипло ото сна.

Привет! У тебя есть минута? Нужно поговорить.

Конечно, детка.

Я слышу, как Чарльз ворчит на другом конце провода и Эми заставляет его замолчать.

Рассказывай, дорогая.

Надя сообщила мне, что хочет папу.

Боже мой. Бедное дитя. Что ты ей сказала?

Ну, когда я смогла соображать, то сказала, что это не так легко.

Ох, милая, последне два года я только и говорила тебе, что пора дать кому-то шанс. Я имею в виду, что пора тебе двигаться дальше и начать жить.

Н-но я живу.

Серьёзно, Кэти? Хочешь, чтобы я оспорила это? Ты существуешь. Твоя жизнь вращается вокруг работы и материнства. Ты не прикасаешься к очень щедрой сумме, которую Бен оставил тебе после развода, и не позволяешь никому, кроме отца и меня, помочь тебе с Надей. Единственный раз, когда ты просила меня о помощи, был, когда ты не могла взять малышку с собой.

Это не правда. Я встречалась с тобой как-то вечером.

Поэтому я обязана вытащить тебя из тюрьмы, в которую ты сама себя заключила. Скажи, что говорит Кристал об этом? Она согласна с тем, что у тебя нет жизни? Ей бы это не понравилось. Должно быть какое-то здравое соотношение, детка.

Я добьюсь этого соотношения. Но никогда не напоминай мне об этом. Что я должна делать с отцовским вопросом?

Ходи на свидания. Встречайся с мужчинами. Дай им шанс. Кэти, я знаю, что друг Чарльза, Хейс, горячий биржевой маклер, приглашал тебя на свидание и не раз, но ты отказываешь ему. Знаешь, он очарован тобой.

Я издаю стон и закрываю глаза.

Даже не продолжай. Это самая неудобная вещь на свете. Мне тридцать два года и у меня есть дочь. Я не могу позволить себе такую роскошь, как встречи ради забавы.

Откуда тебе знать? Ты никому не даёшь шанса, не ходишь на свидания… ты всё ещё сохнешь по мужчине, который забыл о тебе. Кэти, ты же видела объявление о помолвке.

Такое чувство, будто весь воздух выбит из моих лёгких.

Да, шепчу я, тогда как смесь из боли и ревности стремительно обрушивается на меня словно снежная лавина.

Бен продолжает жить, дорогая, и я слышала, что Арсен в последнее время в Европе. Думаю, пришло время тебе сделать то же самое. Надя замечательная крошка и ты великолепная женщина. Позволь кому-то позаботиться о тебе, полюбить тебя. Позволь себе полюбить кого-то ещё, детка.

Но у меня есть Надя.

Цепляясь за прошлое, я проигрываю сражение, но я не уверена, что готова идти дальше, хотя и должна. Ради Нади. И ради себя.