l.melnyk - Unknown

Я больше не могу.

Это, чёрт возьми, убивает меня.

Я не могу продолжать вводить себя в заблуждение. Не могу. То как она вчера исчезла с Арсеном, стало последним ударом, который моё бедное проклятое сердце… моя гордость… могли принять от неё.

С меня хватит.

Я выпрямляюсь, хватаю простынь, обёрнутую вокруг её талии и укрываю её плечи. Моя Кэти.

Я отодвигаюсь от неё, одеваюсь и ухожу. На пороге я бросаю последний взгляд на нашу комнату, и мои глаза невольно останавливаются на фотографиях, подушках, мебели – на всех наших совместных воспоминаниях. Я ничего не чувствую, глядя на комнату, наполненную счастьем, горем, любовью и ненавистью.

Ничего.

Я онемел.

Мои глаза останавливаются на кровати и любуются ничего не подозревающей Кэти. Её лицо, её грудь… Я запоминаю все изгибы её тела. Некогда они были моими, но теперь...

Любовь не должна причинять боли. Любовь должна исцелять, быть твоей гаванью, тем, ради чего ты, чёрт побери, живёшь. Но глядя на свою жену, я понимаю, что всё это чушь.

Любовь может уничтожить тебя.

Любовь может закопать тебя заживо, наполнить болью и страданиями, лишая тебя воздуха и желания жить.

Я закрываю глаза и тру их ладонями. Внезапно я чувствую себя таким уставшим. Всё моё тело болит голова, глаза, грудь. Я сижу в своём кабинете, ожидая, когда проснётся Кэти, и осознаю, что прошлая ночь была ошибкой. Наихудшее решение из когда-либо принятых мною. Я знал, что сегодня дорого заплачу, но я нуждался в этом. Я нуждался в ней. Я нуждался в том, чтобы провести последнюю ночь со своей женой. Я хотел вдыхать аромат её волос, целовать её плечи и держать её в своих объятьях, делая вид, что она всё ещё принадлежит мне. И я хотел попрощаться с ней с нашей маленькой семьёй из двух человек.

Но ожидая её, я погружаюсь в тягучее болото вины, которое грозит поглотить меня целиком. Я здесь жду Кэти, чтобы потребовать от неё правды, хотя я так же виновен.

В поисках эмоциональной передышки от кошмара, в который превратилась моя жизнь, я опустился до их уровня, но мне не лучше от этого. Наоборот, я противен себе, потому что позволил слабости взять надо мной верх.

Откинувшись на спинку кожаного кресла, я смотрю в потолок и воскрешаю в памяти то, что произошло в пятницу ночью. В ночь, когда я не пришёл домой.

После того, как я ушел с работы, чтобы принять доставку нового дивана, так как Кэти решила, что у неё имеются дела поинтереснее, я провёл дома несколько часов. Но сидение здесь, пока она где-то там, возможно, трахается с Арсеном, приводило меня в бешенство. Я знал, что если буду дома к тому времени, как она вернётся, то не смогу контролировать себя и поехал в офис, чтобы погрузиться в работу. Это помогло мне забыться.

Я планировал остаться и просмотреть больше дел, пока Микки и практиканты не предложили мне присоединиться к ним за выпивкой.

В этот раз я не отказался.

Одна рюмка превратилась в две, две в четыре.

В вызванном алкоголем дурмане я помню, подумал о практикантках, Кларе и Кэрри, ведь они красотки. Обе девушки пытались заставить меня потанцевать с ними, и я согласился. Почему нет? Уже ничего не имело значения… Когда мы танцевали, я ощутил, как руки Кэрри обвились вокруг моей груди, и мне это понравилось. Мне понравилось ощущение горячих прикосновений женщины, которая хотела меня. Она соблазнительно улыбалась мне…

Да.

Она хотела меня.

И в тот момент я тоже её хотел.

Глава 29

Кэти

Я наблюдаю, как Бен опускается на пол. Он поднимает ко мне лицо и смотрит на меня тёпло-кленовыми глазами, которые искрятся невыплаканными слезами.

Как долго это продолжается? Сколько раз ты с ним трахалась, Кэти?

Я-я… я делаю глубокий вдох. Я не могу остановиться сейчас. Я должна продолжать. Это длится уже некоторое временя.

Я знал это. Я знал это. Я, чёрт побери, знал это!

Бен опускает голову между своих колен и начинает дёргать себя за волосы, будто хочет вырвать их. Когда он снова поднимает глаза, его взгляд пронзает мою душу.

Ты трахаешься с ним до или после секса со мной? Ты же не прекращала спать со мной.

Молчание.

Я не в состоянии связно ответить, поскольку вижу в его глазах безмолвную боль от моего предательства. Когда Бен понимает, что я буду молчать на все вопросы или обвинения, которые он бросает мне в лицо, он выкрикивает:

Отвечай, чёрт возьми!

От ярости вены на его шее выпирают, словно они готовы в любую минуту взорваться.

Я не могу ответить.