air - Unknown

Ой, погодите, нет!

Я стреляю не туда, и игра сбрасывается.

Лондон поворачивается ко мне с широкой улыбкой.

– В чем дело? Думала, ты натренировался.

– Просто одна шальная мысль – и я тут же стал недееспособным.

Покачав головой, она снова смотрит на экран.

– Только без подробностей.

Я снова загружаю карту, и на этот раз мы играем десять, двадцать, тридцать минут. Время от времени сталкиваемся локтями, а Лондон периодически запихивает в рот крекеры. Я тоже – целыми горстями в перерывах между схватками. Я сильно улучшил свою игру с прошлого раза, и от этого день становится еще прекрасней. Идея влюбиться в девушку, играющую в видео-игры, лопающую крекеры, словно Коржик из «Улицы Сезам», занимающуюся серфингом и работающую в баре звучит словно воплощенная мужская фантазия, но не все так просто: я знаю, что Лондон нужно большее. Эта моя жизнь – игры, бары, девушки – всего лишь преходящий этап; и знаю, что мои ближайшие десять лет – даже этот год – будут совсем другими. Через считанные месяцы я уеду в юридическую школу, что вдалеке от семьи потребует от меня максимум ответственности и выполнения обязательств. Но чего от жизни хочет Лондон?

Меня возвращает в реальность из этих нелепых рассуждений ее ошибочный шаг – она нажимает на кнопку прыжка вместо выстрела – и ее убивают.

– Черт! – кричит она и шлепает кулаком по подушке. – Да что за нахер!

Я поворачиваюсь к ней, радостно улыбаясь.

– Получается, я тебя сейчас сделал?

– Думаю, ты преувеличиваешь, – она смотрит на часы. – Мы играем целых…

Перебиваю ее, придвинувшись ближе:

– Признайся, что задумалась о моем пенисе, ну давай.

Она швыряет в меня пустую коробку от сока, и ее глаза округляются, когда я ловлю ее на подлете и бросаю ей в грудь.

Лондон бросается на меня, повалив на диван, и, взяв подушку, шлепает меня ею по лицу. Ее заливистый хохот завораживает меня, и, совершенно не готовый к ее нападению, кашляю от смеха и ее агрессивной щекотки.

Я пытаюсь стряхнуть ее с себя, все больше осознавая, что мы делаем – боремся – и на что это похоже – на прелюдию во всей ее красе, дамы и господа – и продолжаю сталкивать на диван, шлепая ее по рукам и щекоча ее подмышками и между ребер, а другой рукой хватаю подушку позади нее и запускаю ей в лицо.

Лондон сильно толкает меня и спихивает с дивана на пол, тут же запрыгивает сверху и, пригвоздив, пускает в ход серьезные борцовские приемы. Мы вопим и хохочем, кто-то сбросил пачку крекеров на пол, и они хрустят под ее плечом, когда я, перевернувшись, меняюсь с ней местами и нахожу место на ее талии, от щекотки которого она истерически взвывает.

Она отбрасывает мою руку, когда та приближается к ее груди, а я реагирую на ее пронзительные вопли, как извращенец, наклонившись вдохнуть ее запах в основании шеи.

Лондон визжит еще громче, и, жесть, кажется, я оглох . Одной рукой прикрыв правое ухо, другой я стараюсь отражать ее неотступное нападение.

И тут до нас обоих одновременно доходит, что я практически лежу на ней, устроившись между ее ног, и так же одновременно мы замираем. Я бы слез с нее, если бы она не держала меня так крепко, схватившись кулаками за футболку, и если бы не путешествовала взглядом по моему телу от живота до лица.

Кажется, можно было досчитать до ста, прежде чем каждый из нас сделал вдох.

Тут я чувствую, как она скользит ногами вверх по моим бедрам. Чувствую, как ее тело сдается под моим, отчетливо ощущаю мягкое тепло между ее ног. Лондон широко распахивает глаза, и я наблюдаю, как она гуляет взглядом по моему лицу и останавливается на губах.

– Логан?

Она втягивает нижнюю губу в рот, чтобы сдержать улыбку,

Подаюсь бедрами вперед – совсем чуть-чуть, но все же достаточно, чтобы сильнее почувствовать ее нежный жар. Ее взгляд тяжелеет, рот приоткрывается, а по груди разливается румянец. А от одного ее сдавленного вдоха я из полутвердого превращаюсь в отчаянно жаждущего ее.

– Люк.

– Блядь, – рычу я и, наклонившись, прижимаюсь ртом к ее шее, ритмично прижимаясь к ней бедрами.

Я чуть не кончил от ее звуков: приглушенных сдержанных вскриков, – и, трахая ее сквозь слои нашей одежды, облизывая и посасывая ее кожу, я чувствую, как становлюсь невменяемым от такой близости.

Моя потребность в ней набирает обороты, перерастая из обжигающей безумной страсти во что-то большее, в нечто, что стискивает легкие и грозит меня сокрушить.

– Мне не хватало этого, – не отрывая губ от ее шеи, говорю я. – Мне пиздец как не хватало этого ощущения тебя…