air - Unknown

Впереди стоит парень, выглядящий очень знакомо… Мой памяти требуется всего секунда узнать его, а когда это происходит, желудок ухает куда-то вниз.

Это Ансель, он разговаривает со студенткой. Он высокий, поэтому немного наклоняется, чтобы смотреть в глаза, и во время разговора постоянно жестикулирует. В его внимании к ней нет никакого сексуального подтекста, но даже просто глядя на него, мне понятно, насколько ему важно, что она его понимает.

Проклятье. Он хороший парень.

Я оглядываюсь назад, откуда пришел. Мне нетрудно избежать встречи с ним – достаточно вернуться назад и обойти кругом корпус гуманитарных факультетов, но по какой-то причине я не двигаюсь, даже когда в голову приходит план отхода. А с каждой секундой мои шансы уйти незамеченным тают.

И тут он оборачивается и видит, как я стою тут и наблюдаю. По его лицу заметно, как он меня узнает и потом, сглотнув, снова смотрит на девушку.

Она начинает уходить, а он делает шаг мне навстречу.

Как бы я поступил на его месте? Выдал хук справа? Прошел мимо?

Он останавливается в метре от меня.

– Люк.

– Ансель. Привет.

Мы обмениваемся кратким и самым неловким на свете рукопожатием.

Сейчас, вдали от тусклого освещения бара, я думаю, он на несколько лет старше меня. И дело не столько в морщинках на лбу, сколько в том, как он на меня смотрит: спокойно, уверенно и прямо в глаза.

– Как ты здесь оказался? – спрашивает он.

– Мой отец руководитель Института биоцепей. [ориг. название Biocircuits Institute, BCI UCSD – прим. перев.] Он работает… ну, вон там, – я показываю на здание позади него, и он оборачивается посмотреть. – И мы договорились вместе пообедать.

Когда он снова поворачивается ко мне, с приподнятыми бровями произносит тихое:

– А-а.

– Но я заметил тебя и хотел поговорить.

Ансель коротко кивает, побуждая меня продолжать.

– Тем вечером я повел себя, как мудила. Хочу извиниться.

Он снова приподнимает брови и подбородок, от чего мне понятно, что он не это ожидал от меня услышать.

– Я знал, что Миа с кем-то, – продолжаю я, – и что она начала жить дальше. Ну то есть, – тут же добавляю я, – и я тоже, конечно. Но я не знал, что она вышла замуж . Это просто сбило с ног.

Он кивает, но по его лицу ничего не прочесть.

– Я понимаю.

– И все-таки меня самого удивила собственная реакция, когда мы встретились, – с улыбкой говорю я. – Потому что это кажется безумием – привычно относиться к девушке спустя четыре года, правда ведь?

Он смеется в ответ, и его взгляд смягчается.

– Не обязательно, – замечает он. – Речь же о Миа . Думаю, я бы не смог к ней относиться иначе и век спустя.

Теперь и я издаю смешок.

– Это точно.

Его улыбка исчезает.

– А еще речь идет о травмирующем опыте для вас обоих, разве нет? Вы были вместе так долго, а она чуть не умерла.

Всякий раз воспоминания о том дне ощущаются ударом в живот: как позвонила Харлоу, как я ошалело помчался в больницу, как четырнадцать часов вышагивал по комнате ожидания, не присев ни на минуту, пока она была на операции. Не было никаких хороших новостей. И как бы я не сожалел о тех своих словах, они и по сей день ощущаются правдой: «У меня такое чувство, что девушка, которую я любил, погибла под колесами того грузовика».

– После аварии она нуждалась в ком-то рядом, но не во мне, – говорю ему я и понимаю – наверное, впервые – насколько это правда. – Все действительно настолько просто.

Ансель кивает и смотрит куда-то мне за плечо.

– Во всяком случае, тебе не о чем разбираться со мной, – говорит он. – Я знаю, эти воспоминания ранят Миа, и она чувствует, будто потеряла члена своей семьи, потому что она больше тебя не знает. А по собственному опыту я в курсе, насколько это неправильно – двигаться дальше, притворяясь, будто ничего не случилось, – его расслабленная улыбка возвращается, и я чувствую благодарность; его лицо как профи куда более суровое. – Приходи к нам как-нибудь поужинать. У нас потрясающий новый дом, Миа снова танцует – и очень счастлива. Она с большим удовольствием повидается с тобой.

Похлопав меня по плечу, он уходит мимо меня по дорожке.

***

Этим же вечером мне не хотелось оставаться дома. Смс от Дилана пришло как раз, когда я собрался поехать заказать начос. И когда он предложил встретиться, я не нашел ни одной причины отказаться. Меня одолевало дурное настроение из-за произошедшего в клубе, но как бы мне ни хотелось увидеться с Лондон, в бар к Фреду меня не тянуло. Существует тонкая грань между пообщаться и пофлиртовать с кем-то, кому ты тоже нравишься, или даже не очень, и быть жалким ничтожеством. По моим ощущениям, я приблизился опасно близко к этой грани.