Meteleva.Y - - 2

готовая на немыслимые вещи.

– Ты уверен? Если ты откроешь эту дверь...

– Просто сделай это. – Я сканирую улицу в поисках вариантов. Нет ни единого. Моя

работа защищать Ксавию, даже если это означает уничтожение тех, кто причинит ей вред.

Так оно и будет. Мне нужно найти ее прямо сейчас. Услышать это все от нее, а не гнаться

за Кса, вооруженной так называемыми фактами. Ради чего? – Постарайся не перегибать

палку. Я перезвоню тебе. В ближайшее время.

Когда мне было четыре, надо мной надругались. Я был растоптан. Разрушен. Только с ней

я был настоящим. Только с Кса я позволил боли из моего прошлого просочиться в

настоящее. С ней я позволил пелене притворства, в которую я однажды завернулся, пасть.

Пока я не встретился с ней, я был будто заморожен по отношению к окружающему миру, с

ней я ожил и теперь живу. Без Кса я снова скачусь по наклонной. Буду подвергнут пыткам.

Буду мертв.

Нет смысла жить без нее.

До меня это доходит только сейчас. Работать на автопилоте. Быть фальшивкой. Подделкой.

Политическим роботом. Это намного хуже, чем быть мертвым, это жизнь в заточении.

Я отъезжаю от обочины. Не спрашивайте меня, как случилось, но я припарковываюсь

напротив дома Кса и мне пох*й, что снаружи огромная толпа. Пробираясь сквозь

репортеров, я киваю швейцару, когда он приветствует меня.

– Добрый день, сенатор Стоун.

Он отводит взгляд. Слишком быстро, но все, что меня волнует – это чтобы меня никто не

останавливал. И никто не перекрыл мне доступ к лифтам. По крайней мере, моя маленькая

саба не дала строгих инструкций, запрещающих мне вход в ее дом.

Поднявшись к ее квартире, я жду секунду перед тем как позвонить в дверь. Я

прислушиваюсь, но за дверью тишина. Весь коридор окутан оглушающей тишиной. Я

звоню снова и жду. Мое сердцебиение отдается отбойным молотком у меня в ушах,

становясь все громче, быстрее, когда в итоге ничего не происходит. Никаких звуков шагов.

Ни мерцания света в дверном глазке. Ни фига.

Я беру изящный металлический дверной молоточек и слегка ударяю им. Несколько раз.

Без фанатизма. Это даже близко не похоже на то, что у меня внутри. Бл*я. Снова нет

ответа и я уже на грани того, что готов впасть в омут безумия.

Капелька пота струится у меня по лбу. Я поднимаю кулак, ощущая весь вес и силу всей

той хери, которая творится со мной в последние двадцать четыре часа и я обрушиваю всю

мощь на дверь. Я колочу по ней бесконечно долго, пока не чувствую, что готов вот–вот

взвыть как сумасшедший прямо здесь в коридоре.

– Бл*ь, – говорю я себе под нос и слышу, как открываются двери несколькими квартирами

дальше.

– Какого черта! – говорит женщина.

Мой мозг не работает. Я не могу вымолвить и слова, поэтому заставляю себя хотя бы

установить зрительный контакт.

– Я могу вам помочь? – спрашивает она.

– Нет. Моя девушка больна.

– Брук? – Выражение лица девушки меняется с раздраженного на озабоченное.

– Ксавия Кеннеди, – говорю я ей.

Сразу же, в ее взгляде снова появляется злоба.

– ...Ооо, так вы тот сенатор. Стоун. Не думаю, что Ксавия хочет видеть вас. На самом деле,

вам лучше уйти или я вызову полицию. Вас даже не было в клинике. Я читала, как ей

пришлось пройти через это в одиночку.

– Подождите. Не верьте всему, что вы читаете. Это нечто иное как чистой воды ложь! – Я

сжимаю кулаки, борясь с тем, чтобы держать себя в руках.

– Фотографии не лгут, сенатор Гандон. – Она заходит обратно в свою квартиру, громко

хлопнув дверью.

Бляяяяяя*ь. Я не могу остаться здесь и рвать и метать. Мне нужно придумать план

получше. Я не верю, что Кса находится внутри квартиры и мне достаточно легко

отследить ее сообщения. Я набираю Арчера.

– Мои ребята уже прихватили одного. – Говорит он, понизив голос.

– Прекрасно. Мне надо узнать, где находится абонент. – Я разминаю шею и пересылаю ее

номер телефона ему.

– Я уже занимаюсь этим. Можешь подождать?

– Конечно, перезвони мне. Мне нужно уйти отсюда, где я нахожусь. – Я вижу служебную

лестницу и иду к ней. Оказавшись на первом этаже, я выхожу через противопожарную

дверь и оказываюсь в переулке. Там, где я поцеловал Кса, пока мы с ней беседовали.

Я быстро дохожу до своей машины. Игнорирую СМИ с каменным выражением на лице,

направленном на лобовое стекло. На стекле приклеен талон и я срываю его. Журналисты

спрашивают меня об аборте Кса, вспышки камер беспрерывно мерцают и я сминаю талон