Глубина

На краю леса ему попалось на глаза старое кострище и следы пикника. Но истории была явно не вчерашняя и даже не позавчерашняя. Незаметно было, чтобы сюда так уж часто наведываются любители уединённого отдыха. Похоже причина в том, что в ветреную погоду, как теперь, здесь не слишком комфортно. Свист ветра и гул прибоя заглушат любые слова и музыку. Так что «Белоснежка» хороша далеко не во всякую погоду. Хотя вид на морскую даль открывался действительно потрясающий. Причём из-за игры солнца и лёгких облачков цвет моря постоянно менялся. Фантастическое зрелище!

Гордей направился по каменистой тропинке к краю скалистого утёса. По пути развязал шнурки и сбросил кеды. Наклонившись над обрывом, стал вглядываться в глубину под собой. Там внизу идущие к берегу длинными фронтами волны встречались с каменистым берегом. Но, обрушившись на скалу, водяные волы не создавали убийственных водоворотов. Не признак ли это того, что под скалой имеются укромные места? Вероятно, отсутствие разрушительного по силе прибоя как раз объясняется наличием подводных пещер и пустот, которые гасят ударную силу, «впитывают» её в себя?

Осторожно двигаясь вдоль осыпающейся кромки обрыва, исследователь пытался разглядеть хоть какое-то подтверждение своей догадки, хотя бы пузырьки воздуха. Но нет, проверить это можно лишь там внизу, спустившись по этому обрыву. Никак иначе туда не подобраться. Но это очень опасная затея. Дрожь пробежала по телу от таких мыслей. Однако он прикоснулся к тайне, которая влекла к себе всё сильнее. Куда заведёт его любопытство? Не лучше ли отступить, пока ещё не свернул себе шею?

И всё же Мазаев продолжал отрезок за отрезком осматривать стену под собой. Его интересовало каждое углубление, каждая трещинка. Порывы ветра, близкий рокот волн, лишь усиливали возбуждение. И вот оно! Небольшой уступ метрах в трёх, а ещё ниже выемка, вполне достаточная для упора ноги. Глаза молодого человека жадно искали следующих зацепок, но их не видно! Ясно, что путь вниз абсолютно непредсказуем и смертельно опасен.

Сомнения снова взяли в нём верх. Гордей присел на землю и застыл в полной неподвижности. Довольно долго он просидел так, глядя на морскую поверхность. Как вдруг услышал голоса летящих с моря птиц. Большая стая направлялась прямо к нему. Птиц было много, целые эскадрильи бакланов, чаек, буревестников и других морских пернатых. Он плохо разбирался в здешней фауне, но был поражён красотой и мощью великолепных созданий природы. А ведь это знак! Само небо посылает ему весточку, чтобы он не сдавался! Мазаеву даже показалось, что, пролетая над ним, птицы приветствуют его своими криками, и он радостно закричал им в ответ и замахал руками. Несколько крупных буревестников пронеслись прямо над его головой – проворные сильные, они олицетворяли собой отвагу и непокорность стихии…

Мазаев так увлёкся, что едва не погиб. Земля под ногами начала осыпаться, он едва успевает отскочить. Это происшествие привело парня в чувство. Его воодушевление немного поостыло. Устроившись в тени старого дерева, он задал себе резонный вопрос: «Ну хорошо, допустим ты сумеешь спуститься по этой стене и узнаешь, что там внизу. Но как ты заберёшься обратно?». Гордей подумал о лодке. Вроде бы логичнее всего, да и безопаснее подойти со стороны моря. Но это значит нужно искать опытного напарника и посвящать его во всё. Ведь кто-то же должен оставаться на вёслах, пока он будет обследовать подножие скалы.

Нет, этот вариант отпадает, сразу забраковал Гордей. А, кроме того, отправившись сюда морем на виду у всего берега, будет невозможно сохранить свой маршрут в тайне.

«Если уж подбираться к тайне вплотную, то лишь по самому крутому и опасному маршруту» – решил Мазаев, после чего поднялся и внимательно оглядел ствол дерева, под которым сидел. В сарае у Михалыча ему случайно попались на глаза несколько мотков верёвки. Если верёвка окажется достаточно крепкой, то можно будет использовать её в качестве страховочного конца для спуска и для подъёма. А старику ничего говорить не надо, чтобы не волновать его и избежать ненужных расспросов.

Глава 29

Гордей опаздывал к условленному с Агнией времени и изо всех сил крутил педали. Грунтовка поднималась на вершину холма, впереди показался перекрёсток. Слева между деревьями, посаженными вдоль дороги, едва просвечивала соседняя улица. С уверенностью местного жителя приезжий студент, не снижая скорости, выскочил на пересечение дорог. Не было слышно ни шума мотора, ни дребезжанья велосипедного звонка. Лишь в самый последний момент ему как-будто показалось, что он уловил сухой шелест чужих шин…