Глубина

- Скала это на берегу. А к чему она тебе?

- Просто любопытно стало. А почему «Белоснежка»?

- Так она из известняковой породы и на солнце блестит, поэтому кажется белой.

- А где это?

Михалыч махнул рукой в нужном направлении:

- Полтора километра отсюда.

Старик объяснил, как туда добраться, после чего поинтересовался:

- Моя старуха сказала, что ты решил ещё на неделю остаться?

- Верно.

- Что, так приглянулись наши красоты?

Гордей рассеянно кивнул и попросил:

- Мне бы велик, Михалыч, а? Часа на три?

Старик усмехнулся в усы:

- Нравишься ты мне. Рожа у тебя как у моего фронтового дружка Петро Нечипоренко, и повадки те же. Конкретные! Ладно, можешь взять аппарат. Только гляди, чтобы Клавдия нас не застукала, она не разрешит.

- Ну, тогда я пойду! – обрадовался Гордей.

- Лети уж, сокол, лети! - проворчал старик, которому хотелось бы ещё поговорить.

Внезапно из-за дерева выскочил мальчуган лет восьми в старой офицерской фуражке, которая была ему сильно велика и держалась на голове лишь благодаря подбородочному ремешку. Пацанёнок выпрыгнул слева наперерез велосипеду и едва не попал под колёса. Чертёнок наставил на взрослого пластмассовый автомат и сердито заорал:

- Руки вверх!

Гордей так резко затормозил, что чуть не перелетел через руль. Ругаясь про себя, он всё же поднял руки, как было приказано.

- Ты кто? – сурово осведомился юный партизан, сдвигая назад наехавший ему на веснушчатый нос козырёк

…Хороший вопрос - Мазаев попыталась придумать правдоподобный ответ, но единственным, что пришло в голову, было:

- Враг, наверное.

Маленький боец недоверчиво хмыкнул и как-то уж слишком по-взрослому оглядел незнакомца: ясно же, что никакой враг, если только он не пытается усыпить твою бдительность, не станет вот так сразу признаваться в этом.

- В смысле я раскаявшийся враг, - исправился Гордей. - Где тут у вас принимают в плен раскаявшихся супостатов?

Из кустов появились ещё двое чумазых чертенят с игрушечными автоматом и пистолетом в руках. А с ними беспородный пёс с загнутым кренделем хвостом и добродушной, будто улыбающейся, мордой. Длинный язык дворняги свисал сбоку рта от бега или от жары, что придавало ему умильно-забавное выражение.

Тот, что в фуражке горделиво кивнул приятелям на Гордея:

- Во, какого шпиона поймал!

Второй мальчишка с умненьким личиком отличника и шахматиста звонко объявил пленнику:

- Ты наш «язык», и мы поведём тебя в свой штаб для допроса.

Гордей с сомнением взглянул на часы и помотал головой:

- Не-е, парни, в штаб не могу. В другой раз. А сейчас давайте как-нибудь по-хорошему разойдёмся.

Старший «партизан» фыркнул.

- Хватит болтать, морда фашистская, а не то пристрелим!

Но умненький мальчишка неожиданно встал на сторону Гордея.

- Послушай, Юрка, дядя, наверное, спешит по своим делам. По правилам не обязательно вести его в штаб.

- Хорошо, тогда говори свою тайну? – велел заводила лесной банды.

- А присяга? – возмутился Гордей. – Что же это за боец, пусть даже самой распоследней армии, если он вот так - с панталыку военные секреты разбалтывать начнёт.

Мальчишки восторженно пооткрывали рты. Столь захватывающий поворот игры восхитил их.

- Вот что, - Гордей смерил юного командира наигранно хмурым взглядом, - ты, брат Юрка, раз тебе такой матёрый враг достался в моём лице, давай командуй меня в расход пускать. Шлёпай меня к ядрёной матери! И я дальше поеду, а то мне и вправду некогда.

Только насмотревшихся фильмов «про шпиёнов» и начитавшихся детективов октябрят не так то просто было уболтать. Мальчишка фыркнул и покачал головой:

- Не-а, на войне «языков» в расход пускают только после того, как секретные сведения из них вытрясут. Вот доставим тебя к нам в штаб, там как миленький заговоришь! И не таких раскалывали!

У Гордея стало заканчиваться терпение, поэтому он сделал вид, что коварно выхватил из-за пазухи спрятанный «ствол» и наставил на детвору сложенные пистолетиком руки. В ответ те открыли по нему «стрельбу». Мазаев картинно задёргался точно несчастная жертва в предсмертной агонии.

- Прям в живот и в сердце! – согнувшись, громко застонал он. Кто-то из стана стрелков издал восторженный клич наподобие индейского. «Убитый» вскочил на велосипед и провожаемый тарахтеньем игрушечного оружия покатил своей дорогой…

Тропинка, петляя меж изгибающимися стволами можжевеловой рощи, вела его к цели. Изумительно пахло нагретой смолой. И вот в просветах деревьев снова появилась прозрачная искристая голубизна солнечного моря.