Голодный океан

В это время у Джеффа с профессором тоже вышла очередная стычка: Хиггинс потребовал, чтобы охотник ни в коем случае не покалечил акулу! Поэтому категорически запретил брать с собой любое другое оружие, кроме специального ружья, стреляющего дротиками со снотворным. Некоторое время Джефф мрачно молчал, затем процедил сквозь зубы:

- Я профи, и сам буду решать, с чем идти на зверя!

- Не забывай, Джефф, сейчас ты работаешь на меня! – напомнил ему профессор.

Все следили за разгорающейся ссорой первых лиц и потому не замечали другой конфликт, разгорающийся у них за спинами.

- Без меня вы не никуда полетите! – жёстко произнёс полицейский. - Я обязан сопровождать вас.

Игорь кивнул в сторону самолёта:

- Это двухместная машина, вы туда просто не втиснитесь! И к тому же вас берёт с собой Джефф.

- Плевать мне на их охоту! – небрежно произнёс, будто сплюнул сержант, по привычке грызя зубами свою спичку. - Меня интересует не акула, а вы! Только из-за вас я здесь! И вовсе не для того, чтобы упустить так глупо: на самолёте вы уже через час окажитесь за сотню миль отсюда. Ищи вас потом!

- Вы же знаете, что я не сбегу.

- Откуда мне знать…- ухмыльнулся коп.

- Вы окончательно зарвались, лучше снимите наручники!

- А что в обмен?

- Хорошо, что вы хотите?

- Вы знаете. Почему бы вам не рассказать… Тем более, что я не настаиваю на том, чтобы вы сделали это при свидетелях. А без как минимум трёх свидетелей ваш адвокат легко докажет что никакого признания не было.

- Тогда зачем вам это?

Родригес изменился в лице. С него будто сползла маска насмешливой самоуверенности и обнажилось терзающее его последние месяцы отчаяние и злость. Похоже, им владела настоящая одержимость.

- Пусть я не смогу вас прижучить! Вы очень хитрый. Но хотя бы буду знать, что был прав, а мой покойный шеф глубоко заблуждался на ваш счёт. Признайтесь же! И я немедленно освобожу вас от браслетов. И больше не стану вам докучать. Для вас это выгодная сделка.

Надо было на что-то решаться, и Игорь устало произнёс:

- Только тогда уж обещайте одолжить мне ваш пистолет. Вам под водой он всё равно не пригодится. А мне в случае, если самолёт вдруг упадёт, будет хотя бы из чего застрелиться. Не хочу, чтобы эта зубастая костедробилка перемолола меня живьём.

- Пистолет?! Вы просите отдать вам табельное оружие? - опешил полицейский. Пришёл его черёд изумляться наглости русского.

- Да, таково моё условие – твёрдо произнёс Исмаилов.

Родригес молчал, и в его молчании Игорь ощущал грызущее сержанта сомнение и одновременно азарт.

- Хорошо, - поморщившись, согласился коп. - Только учтите: не вздумайте пробовать провести меня!

- Согласен - кивнул Исмаилов. – Что ж, вы были правы: убил я. Ударил того старика, - кажется он был француз или поляк, -заточкой в сердце. Он пришёл шантажировать меня.

- Второго тоже прикончили вы?

Перед глазами Игоря возникло толстощёкое лицо мужика, с которым он всего несколько часов до того разговорился в баре. Опытные руки внезапно обхватили голову толстяка с двух сторон – слева за подбородок и справа в районе уха. Мужик попытался было освободиться из захвата, но не смог. Ему свернули шею одним резким тренированным движением: хрустнули позвонки, большое тело сразу обмякло; потухшим взглядом покойник продолжал пялиться перед собой, когда его осторожно укладывали на пол...

… - Да, впечатляющий рассказ – вымолвил полицейский, когда Исмаилов закончил исповедоваться перед ним. Теперь настал его черёд выполнить обещание: щёлкнули открываемые наручники.

- Как договаривались, - усмехнулся пуэрториканец и философски заметил. - Хотя этим копам нельзя доверяться полностью… - Почти дружеская сочувственная улыбка коснулась губ полицейского, когда вслед за пистолетом он извлёк из кармана портативный магнитофончик размером с мыльницу. - Удобная вещица, не правда ли? Такие «шпионские штучки» в магазине не купишь, я обзавёлся ею ещё прошлом месте службы. Вот, пожалуйста, микрофон у меня выведен через зажим для галстука. Морская вода этой штуке нипочём, так как запись производится не на плёнку, а на очень тонкую металлическую проволоку.

Игорь был ошеломлён. Конечно, он знал о существовании подобных «жучков» и всё-таки позволил поймать себя! Что ж, оставалось признать своё поражение:

- Поздравляю, сержант! Дайте хоть послушать, что я там наговорил.

Родригес охотно щёлкнул клавишами перемотки и воспроизведения. Игорь заставил себя ещё раз выслушать свои откровения.