Голодный океан

- Надеюсь, вы понимаете, что полностью изобличены? – не спуская с Исмаилова насмешливых глаз, осведомился Родригес. - На вашу беду в Калифорнии такие доказательства принимаются судом к рассмотрению.

Исмаилов вздохнул:

- Что тут скажешь… На этот раз вы основательно прижали меня к стенке, сержант. Боюсь, даже моему адвокату мистеру Яну Слонгу теперь здесь нечего делать.

Унылый вид преступника заставил даже не склонного к сантиментам копа расчувствоваться:

- А вообще, мне нравится, как вы себя ведёте, - дружелюбно признал Родригес. - Правильно! Настоящий мужчина должен проигрывать с достоинством. Я даже попрошу кое-кого в окружной тюрьме, чтобы ваши мучения на электрическом стуле были недолгими.

- Буду очень благодарен, сержант. Вы тоже начинаете мне нравиться. Вы оказались умнее, чем я думал.

Родригес будто заново оглядел интеллигента и усмехнулся:

- Этот старый идеалист Гуллер так и умер с верой в вашу невиновность.

Продолжать играть смысла не осталось, и Игорь признался:

- Я был в японском лагере смерти… Больше трёх месяцев там никто не выдерживал. Чтобы смыться оттуда мне пришлось быстро научиться выживать в джунглях и убивать голыми руками, и тем, что случайно подвернётся.

- Парни, парни! – окликнул их хриплым голосом Джефф. Старый охотник уже как-то уладил конфликт с профессором и явился за своим ассистентом. - Хиггинс зол, как чёрт, и нуждается в «козле отпущения», - предупредил охотник напарника. Родригес небрежно хмыкнул, однако стал быстро переодеваться в костюм для погружений.

Глава 85

Джефф сунул ноги в чёрные ласты, привязал к правой икре брезентовый чехол с ножом и затянул на поясе тяжёлый ремень. Надев резиновые перчатки, охотник прополоскал маску в морской воде, тщательно протер стекло, чтобы не запотевало, и снова прополоскал. Он надел маску, зажал в зубах мундштук дыхательной трубки, продул регулятор. Теперь можно было лезть в клетку. Охотник ещё помедлил, провожая взглядом взлетающего с морской поверхности бурого пеликана. Затем достал из сумки с дополнительным снаряжением флягу и поднёс её к губам. В горло полилось отличное крепкое виски из личных запасов капитана судна. Джефф довольно крякнул, сунул флягу обратно, прищурившись, посмотрел в краснеющее небо, чему-то ухмыльнулся, и шагнул через люк в клетку.

Через несколько секунд в люк влез Родригес и неловко приземлился на колени. Джефф укоризненно покачал головой и знаками предложил сержанту поправить маску и проверить поступление кислорода из баллонов.

Впрочем, впервые идущий под воду, сержант не собирался быть обузой опытному напарнику. С собой в клетку он «нелегально» пронёс мощную острогу, воспользовавшись тем, что профессор на минуту отвернулся отдать очередное распоряжение. Теперь у них имелось хоть какое-то боевое оружие про запас.

Джефф благосклонно кивнул помощнику, после чего подал сигнал парням на палубе начать вытравливать страховочный трос, сам же немного приоткрыл заборный вентиль на одной из цистерн. Клетка заполнилась водой и начала погружаться. Ассистенту охотник велел держаться за специальные поручни.

Сначала кабинка шла толчками, затем стала опускаться более плавно. На глубине семь футов Джефф наклонился и посмотрел на манометр, присоединенный к регулятору на акваланге Родригеса: всё нормально. Охотник выпрямился и сильнее открыл заборные вентили уже на обеих цистернах.

Кабина пошла вниз быстрее. Чтобы снять избыточное давление на барабанные перепонки Родригес делал так, как его научил напарник: через каждые пять секунд с силой выдыхал через нос. Выпущенный им воздух прозрачными пузырями всплывал к поверхности вдоль троса, тянущегося к днищу корабля.

Немного освоившись, Родригес стал смотреть вниз через решётку аварийного люка. Глубоко под ними резвились два тюленя - хороший знак, означающий, что хищника поблизости нет и внезапного нападения пока можно не опасаться. Звери находились на границе отчётливой видимости.

Когда глубиномер на одной из цистерн показал семнадцать футов от поверхности, Джефф перекрыл заборные вентили и открыл другие, подавая в цистерны воздух до тех пор, пока клетка не обрела нулевую плавучесть. Они зависли посреди безбрежного светло-голубого пространства, сквозь которое струился солнечный свет. Примерно метров через пятьдесят под ними синева начинала густеть, скрывая дно.

***

Профессор Хиггинс Нервно расхаживал по палубе, когда к нему подбежал встревоженный ассистент.