Чайковская - Unknown

обо мне тот несчастный, когда я, услышав ответ, ухохатываясь, согнулся перед

ним пополам и был недалек от того, чтобы покататься в сугробе. В общем, после прошлой бессонной ночи, экзамена и вечеринки жена все-таки не

выдержала и уснула вскоре после меня, дохляка. А через пару часов подскочила

и решила, что десять вечера – это десять утра. Ну ведь в точности так же темно, кто тут разберет! И давай меня тормошить…

– Браво, – ядовито завершила Ормона, выбираясь из его объятий, – это уже

двадцатый вариант исполнения тобой этой трагедии в двух частях.

– Ну не двадцатый, а второй… после тебя…

– Расскажи об этом Алу. Он поверит!.. Пф! «Второй»!..

* * *

Вода просочилась в щель, образовавшуюся между перекрытиями потолочного

купола. Крепеж дернулся, ферму перекосило, соединение ослабло сразу в двух

местах…

* * *

Встряхиваясь, под струями ливня к комплексу Теснауто мчал громадный волк, и

в голове его звучало единственное имя – Танрэй. Он уже знал, что произойдет

там в ближайшее время, он торопился, чтобы предотвратить множество

смертей… или одну…

* * *

Ал почувствовал прикосновение к локтю.

– На пару слов, – шепнул Дрэян, снимая мокрый плащ и стряхивая капли с

черных, закрутившихся от влаги волос. – Отойдем…

Мужчины вышли в соседний зал.

– Мы только что нашли исчезнувшего ученика атме Танрэй… Но мне не

хотелось бы сейчас огорчать вашу супругу, Ал. Вы известите ее, когда сочтете

нужным.

– Ашшур?

– Да, кажется.

– Он мертв?

– К несчастью, да. Боюсь, той ночью он просто поскользнулся в темноте, свалился с обрыва и свернул шею. Мы хорошо рассмотрели его и не

обнаружили ни малейших следов насильственной смерти…

– Падение с обрыва можно инсценировать, ведь правда?

– Можно. Другой вопрос – а кому это нужно? Подумайте.

– Ну да… Логично…

Ал не испытывал ни малейшего сожаления по поводу смерти туземца, однако

был обеспокоен тем, как воспримет эту новость Танрэй. Она сегодня так

жизнерадостна… Вон стоит и хохочет, слушая болтовню Паскома и Тессетена.

А вот к ним подошла Ормона – холодная красавица наконец-то присоединилась

к их беседе, но на лице не видно никаких эмоций.

Дрэян с поклоном затерялся в толпе.

Что-то сказав собеседникам, Сетен покинул их и с бокалом в руке поднялся на

ассендо павильона. Ливень к тому времени перестал, но горожане выходить под

открытое небо не спешили. Ормона и Танрэй одновременно проводили

Тессетена взглядом, и первая поджала губы, а вторая тут же отвернулась и с

веселой улыбкой продолжила разговор с Учителем.

* * *

Плита дрогнула. Если бы не музыка, ее скрежет можно было бы услышать.

Одно из креплений лестницы почти разошлось…

* * *

Нат сократил путь и перепрыгнул ров далеко от моста, однако патруль во главе

с Саткроном заметили приближение зверя прежде, чем тот, мчась к цели, узнал

уже однажды едва его не убивших людей.

– Тварь! – прошипел Саткрон и, когда волк приземлялся на ближний берег рва, выстрелил.

* * *

– Уф! Едва тебя нашел! – подкравшись сзади, Ал поцеловал Танрэй в шею.

Ормона сверкнула на них глазами, а после отошла к какой-то женщине, которой

не терпелось с нею поговорить.

– А я и не пряталась, – суховато ответила жена.

– Ну прости! Давай уже забудем о вчерашней ссоре, это глупость!

– Глупость, после которой ты бросил меня одну…

– Не одну, а с твоей мамашей!..

– …и ушел ночевать неизвестно куда!

– Известно: в лабораторию. Тримагестр подтвердит, если ты не веришь…

Господин Солондан!..

– Оставь его в покое! Я верю. Но ты…

– Да, я – пупырчатый ящер из Кула-Шри. Извини меня за вчерашнее, и хватит

дуться, ладно? Обещаю тебе, что сегодня одну тебя я не оставлю и…

Он уже хотел пошептать ей на ушко всякие интимные непристойности, от

которых она всегда так смешно краснела, но Танрэй идти на попятную не

собиралась:

– Куда тебя уводил Дрэян?

Ну вот, испортила весь праздник… Причем себе…

– Танрэй…

Ну вот и к чему была эта дурацкая торжественность в голосе? Она все поняла, побледнела и опустилась на бортик фонтана.

– Нашли Ашшура?

– Да.

– Мертвого?

Он смолчал, а жена закрыла лицо ладонями.

– Солнышко, давай лучше потанцуем? Убиваться будем завтра, а сегодня ведь

праздник, сегодня твоя ночь, ты блистала на сцене, как Волчья звезда!

Он обнял Танрэй и закружил, сам не понимая, почему в ее адрес у него