REAL_AL - Глава 1

Они приземлились и кубарем прокатились за стену огня. Тиффани была начеку, тут же

принялась раскидывать угли и затаптывать оставшиеся языки пламени.

Внезапно поблизости очутился Престон, подхвативший Летицию, вытащив её из пепла. Тиффани

обвила рукой Роланда, который, к слову, произвел мягкую посадку – скорее всего на голову, как

решила Тиффани – и последовала за ними.

– Судя по всему, обошлось минимальными ожогами и опаленными волосами, – констатировал

Престон, – а что до твоего бывшего парня, думаю, на нём запеклась грязь. Как ты это устроила?

Тиффани тяжело вздохнула.

– Зайчихи прыгают через пламя так быстро, что едва чувствуют его жжение, – пояснила она, – а

когда она приземляется, то в основном в остывающий пепел. Солома на ветру сгорает слишком

быстро.

Позади раздался вопль, и она представила прихрамывающую фигуру, которая пытается сбежать

от настигающего раздуваемого ветром огня, и проигрывает гонку. Она чувствовала боль твари, которая сотни лет портила окружающий мир.

– Так, вы трое – стойте здесь. И не смейте идти следом! Престон, проследи.

Тиффани пошла по остывающему пеплу. «Мне нужно это видеть, – решила она. – Нужно

засвидетельствовать. Я должна видеть, что я сделала».

На трупе дымились остатки одежды. Пульса не было. «Чудовище делало с людьми ужасные

вещи, – подумала она: – такое, отчего даже тюремщикам становилось не по себе. Но что же стало с

ним? Может он был лишь худшей версией мистера Петти? Был ли он раньше хорошим? Как можно

137

Терри Пратчетт. Плоский мир. Я надену чёрное.

изменить своё прошлое? С чего начинается зло?»

Она почувствовала, как в её разум словно червь скользнула мысль: «Убийца! Нечисть! Гадина!»

И ей показалось, что нужно извиниться перед своими ушами за то, что они услышали. Но голос

призрака был слаб, тих и прерывист. Он исчез, погрязший в недра истории.

«Руки коротки, – подумала девушка. – Надорвался. А теперь ослаб. Видимо трудно – загнать

человека до смерти. А теперь тебе не пробиться, как не пытайся». – Она наклонилась и подняла из

пепла кусочек кремня, всё ещё теплого от огня. В земле их было полно – они были острыми. Их

породил сам Мел, так же как саму Тиффани. Гладкая поверхность была сродни пожатию дружеской

руки.

– Так ничему и не научился? – произнесла она вслух. – Так и не понял, что люди способны

думать. Конечно, сам бы ты в пламя не пошёл, но из-за собственной заносчивости не догадался, что и

огонь может сам придти к тебе.

«Твоя сила лишь ложь и слухи, – подумала она. – Ты проникаешь в головы людей в момент их

смятения и слабости, страха и беспокойства, и заставляешь их думать, что их враг – другие люди, в то

время как их враг – ты. И так было всегда. Ты – повелитель лжи. Снаружи ты страшен, но внутри –

ты всего лишь слабость. А я – кремень!»

Девушка ощутила тепло поля, успокоилась и сжала крепче камень. «Как ты посмел сюда явиться, червяк! Как посмел посягать на моё!» Она сосредоточилась, почувствовала как в кремень в руке

становится теплее и вдруг он растаял и протёк между пальцев, и закапал на землю. Она ни разу не

пробовала так делать раньше, и глубоко вздохнув почувствовала, что пламя каким-то образом

очистило воздух.

«Если ты надумаешь вернуться, Лукавец, здесь будет ждать другая ведьма, вроде меня. Здесь

всегда будет ждать ведьма – потому что всегда будут такие как ты, потому что мы позволяем им

появляться. Но прямо сейчас, на этом кровоточащем куске земли я – ведьма, а ты – ничто. И как

только я моргну, что-то злое истреблю!

Шёпот в голове с шипением исчез, и она осталась наедине со своими мыслями.

– Ни пощады, ни сожаления, – громко произнесла она. – Ты заставил убить безобидную птичку, и

думаю, это было самым страшным преступлением.

К тому времени, когда она добралась к остальным она снова стала прежней Тиффани Болит, которая умеет варить сыр и разбираться с ежедневной рутиной, и не заставляет плавиться камни в

собственных руках.

Счастливая, но слегка опалённая пара начала замечать происходящее вокруг. Летиция села на

землю.

– Я чувствую себя поджаренной, – заявила она. – Чем это пахнет?

– Прости, но кажется – тобой, – ответила Тиффани, – и боюсь, что теперь твоя чудесная

кружевная ночнушка сгодится только на тряпки для вытирания окон. Похоже, нам не удалось

прыгнуть сквозь огонь так же быстро, как зайчихе.